Межрегиональный интернет-журнал «7x7» Новости, мнения, блоги
  1. Белгородская область
  2. Непробиваемый город. Как живут Валуйки — райцентр в 20 километрах от боевых действий в Украине

Непробиваемый город. Как живут Валуйки — райцентр в 20 километрах от боевых действий в Украине

«Белгородская черта» — крепость, которую жители территории будущих Валуек построили для защиты от набегов крымских татар
Фото «7х7»

«ВСУ обстреляли Валуйки. Система ПВО сработала, но есть разрушения на земле. Один мирный житель погиб» — так 16 сентября об очередном обстреле Белгородской области в своем Telegram-канале написал глава региона Вячеслав Гладков. ВСУ начали наступление на Харьковском направлении в начале осени. С тех пор почти каждый день Гладков сообщал об обстрелах приграничных районов области, в том числе Валуйского. Как живет город, в котором жители носят Z-нашивки, кормят военных и боятся прилетов, — в репортаже «7х7».

Посмотреть на ямки

Начало октября. На окраине одного из приграничных сел рядом с Валуйками бьет пулеметная очередь. Дробный звук разносится через поле. Потом слышится очередь из автомата. Вдалеке раздается несколько глухих взрывов.

Два сельчанина остановились, прислушиваясь к звукам.

— С самого утра стреляют вот так очередями, — сказал один.

— Куда вот они стреляют, по коровам, что ли? — ответил второй.

— Да так можно три колхоза уложить! — пошутил первый.

«Хлопки» — к такому обозначению звуков взрывов привыкли белгородцы — в Валуйском городском округе раздаются регулярно. Жители перестали обращать внимание на далекие глухие звуки. Но взрывы поближе их настораживают — заставляют замирать, прислушиваясь.

Валуйки находятся на юге Белгородской области, от них идет дорога на украинский Купянск. До границы с Украиной — 20 км. До Белгорода — 150 км. В Валуйках есть железнодорожная станция. Электричка от Старого Оскола — самого северного города в регионе — идет три часа.

В пустом вагоне поезда «Старый Оскол — Валуйки» 7 октября сидела молодая пара. Парень в кепке с буквой Z обнимал девушку.

Поезд проехал мимо убранных на зиму огородов, одноэтажных домов и редких заброшенных станций. На одной из станций перед Валуйками в вагон зашли две пожилые женщины и мальчик. Одна бабушка стала нахваливать своего внука.

— Очень он любит перед зеркалом стоять, лаком причесон поправляет. И страничка у него в интернете [есть]. Верхний брейк, нижний — танцует, — сказала она и сразу сменила тему: — Прилеты слышала сегодня? Часов в 10 были. Сильно так. Олег сразу позвонил, говорит: «Ты дома сидишь? А то там ребят [мобилизованных] тренируют».

— Мне бы на самбо сегодня успеть, — сказал бабушке мальчик.

— А уроки когда делать? Нам еще уроки делать, удаленка же.

Губернатор Белгородской области Вячеслав Гладков 15 сентября объявил о переводе школ в приграничных районах на дистанционное обучение. Удаленка сначала действовала для учеников, чьи учебные заведения находятся в 15-километровой зоне вдоль границы с Украиной. С 10 октября все школы в 10 приграничных муниципалитетах области стали работать дистанционно.

— Я хочу на ямки посмотреть. Ты же говорила, тут стреляли, — снова перебил бабушку внук.

— Я тебе потом возле нашего дома покажу, — пообещала она.

— Это где? — спросила вторая пенсионерка.

— У нас. От нас вперед улетело. Вот так смотришь, — женщина показала на электрические столбы за окном, — опора покосилась. Это представь: она же вкопана в землю. Сегодня тоже было, не слышала? Слышно было, и волна в воздухе.

— Ты вчера слыхала за Зеленского? Русских, говорит, надо бить.

— Да он дебил, его хозяева — американцы. Против них уже и Франция, и Германия. Народ свергнет это правительство — или замерзнет. Уже многие на нашу сторону перешли. Нам только этот месяц прожить, пока мобилизованные отправятся. Они ж не наступают, не нападают. Но, конечно, столько ошибок. Оружие по телевизору показывают — оно же единичное.

Пропагандистский плакат с бабушкой, держащей в руках Знамя Победы, в Валуйках

Пропагандистский плакат с бабушкой, держащей в руках Знамя Победы, в Валуйках. Фото «7х7»

Поезд приехал на вокзал в северной части Валуек. Из вагонов вышла пара десятков человек. Они пошли в сторону рынка неподалеку через вокзальную площадь с лавочками и бюстом советского генерала Николая Ватутина.

На остановке перед вокзалом пожилая женщина в красной куртке заговорила с мужчиной своего возраста.

— Это вы с Купянска? Я была там у вас когда-то. Сгущенка у вас дешевая была и люстры. Я себе три люстры с рогами у вас купила. До сих пор люстры эти висят. Дешево там у вас, думала, еще поеду — но не поехала. У меня до сих пор деньги ваши есть [она назвала сумму в гривнах]. Это сколько?

— Тысяч пять [рублей] будет, — ответил мужчина.

— А какой курс [обмена рублей на гривны] там сейчас?

— Да непонятно: то поднялось, то упало.

— Ну а вот на днях стреляли залпами — вот именно залпами! — Пенсионерка ответила на какую-то реплику подошедшей к остановке женщины и продолжила рассказ: — Я была на огороде, была в шоке: куда бежать? Люди сейчас будут уезжать, а я не знаю даже, где паспорт!

Со стороны рынка к остановке быстрым шагом прошла сгорбившаяся старушка. В руках она несла тряпичные сумки с покупками. И громко говорила сама с собой: «Начнут они! Это мы еще не начинали!»

Деловой обед

К полудню пятницы на рынке стало почти пусто. В уже закрывавшихся палатках с кроссовками, ботинками и пальто общались продавцы. В одном из павильонов с военной экипировкой стоял манекен ребенка, одетый в камуфляж, с балаклавой на голове.

Люди с этой окраинной части города перемещались в центр по делам. 3 км пути, подъем в горку мимо домов с деревянными оконными рамами, автомоек, «Пятерочек» и ларьков с бургерами — и справа от дороги на холме показалась деревянная крепость. В XVII веке жители этих мест построили часть сооружений «Белгородской черты» — крепости для защиты от набегов крымских татар. Теперь на стенах памятника растянуты баннеры с портретом молодого военного и надписью ZOV — эти буквы используют военные. За крепостью начинается центр Валуек.

В стороне от центральной городской площади на площадке играли дети. В нескольких метрах от них двое мужчин в военной форме сидели на лавочке и курили сигарету за сигаретой. Этой осенью в Валуйках мужчины носят либо черные куртки, либо камуфляж. В городе много военных: они приезжают из других регионов, отправляются на фронт и возвращаются в увольнительные.

Часть сооружений деревянной крепости «Белгородская черта», за которой начинается центр города

Часть сооружений деревянной крепости «Белгородская черта», за которой начинается центр города. Фото «7х7»

Через дорогу от площади возле грузовика курили молодые парни в военной форме. Еще двое в камуфляже стояли в очереди за шаурмой из ларька.

Витрина магазина одежды в самом центре города была увешана флагами и знаменами с буквами Z и V. Рядом с красным Знаменем Победы поместился черно-желто-белый имперский флаг с надписью «Я русский». Внутри магазина по соседству с военной формой висят женские кофты и детская одежда.

Двое мужчин в форме военных зашли в магазин и рассматривали шевроны.

— А на [нашивку] «Группу крови» у вас нет скидок? — спросил один из мужчин.

— Это только в военторге, — ответила ему продавщица.

— А, это же обычный магазин. Тогда мне бы колготки — 40 ден. Или нет, 60. Скоро же зима.

— Есть и 100! Вам какие?

— Мне в сеточку, — пошутил мужчина. — А это что у вас, флаг Украины? — показал он на желто-голубой флаг.

— Нет, — женщина замялась. — Ну, это Тува... Тыва [флаг этой республики]!

Мужчины принялись разглядывать ножи, разложенные на отдельном столе.

Магазин одежды в Валуйках

Магазин одежды в Валуйках. Фото «7х7»

На парковке рядом с магазином курила группа мужчин: двое в камуфляже, еще несколько — в спортивных костюмах. Один них зашел в другой магазин к своему другу-продавцу.

— Категорически приветствую, мой друг! Я тут хожу, решил к тебе зайти.

— Это самое верное решение.

— Пошли покурим?

— А ты чего, ничем не занят?

— А что, у нас движуха, все четко. Город-то непробиваемый.

В 13:00 7 октября губернатор Вячеслав Гладков в своем Telegram-канале написал про обстрел поселка Дальнего в Валуйском городском округе — это возле границы с Украиной. Спустя несколько минут в валуйский ресторан «Башня» зашли трое мужчин. Двое из них были в офисном: классические рубашки, кожаные туфли. Третий носил военную форму с капитанскими погонами. Мужчины заказали у официантки деловой обед.

Дни, когда все заново началось

Алина Челинцева родилась в Украине и переехала вместе с родителями в Валуйки в 2010 году, когда ей было семь лет. В Украине у нее остались жить родственники. Первые дни октября она считает «тихими»:

— Взрывы слышны почти каждый день. Они могут быть негромкими, но физически их ощущаешь. Когда что-то падает, когда срабатывает ПВО, сильно трясутся окна — это пугает и отвлекает. Морально тяжело становится жить через пару дней громких взрывов. Не могу сказать, что к этому можно привыкнуть. Я за собой заметила привычку пригибаться от громких звуков. Тревожит, что такие вещи оставляют след на психике.

Семья Алины живет в доме без подвала. При сильных обстрелах можно только зайти в ванную, чтобы не пораниться осколками оконных стекол. Девушка надеется, что экстренных ситуаций не будет, — “но это призрачная надежда”.

Летом Алина уезжала из Валуек в Санкт-Петербург, чтобы отдохнуть от обстановки в городе и новостей о военных действиях. Через пару недель после ее возвращения, 16 сентября, губернатор Вячеслав Гладков сообщил об обстреле Валуек. Двое человек получили ранения, одна женщина погибла.

Губернатор Белгородской области Вячеслав Гладков (в ярко-синей кофте) в Валуйках 18 сентября

Губернатор Белгородской области Вячеслав Гладков (в ярко-синей кофте) в Валуйках 18 сентября. Telegram-канал «Настоящий Гладков». Источник: t.me

Жительница Валуек Ольга [имя изменено] рассказала “7х7”, что в тот день был «максимальный переполох».

— Ночь как будто превратилась в день [из-за вспышек]. Все собрали вещи и уехали. Половина города, по-моему, уехала. Я в силу определенных обстоятельств не могу уехать, но я бы тоже это сделала. Сейчас все, кто уехал, вернулись. Население не унывает, насколько это возможно, хотя мы сами фактически находимся в такой же ситуации, что и население Украины, — сказала Ольга.

Она приготовила «тревожный чемоданчик» на случай экстренной ситуации. В последний месяц, говорит Ольга, настроения валуйчан резко изменились. С одной стороны, люди продолжают поддерживать российских военных, с другой — боятся частых обстрелов.

Эти изменения заметила и Алина Челинцева, которая занимает антивоенную позицию:

— Мы живем не в страхе перед военными, а в страхе перед смертью. Это абстрактный страх — умереть или получить ранения. А военные — они тоже люди, им нельзя не помогать. Это может показаться лицемерным — не разделять позицию власти и помогать военным, но многие люди идут воевать не по своей воле. Относиться к ним бесчеловечно — не самая лучшая позиция. Ситуация 16 сентября встряхнула людей. После этого [обстрела] они начали с большей остротой и тревогой относиться к ситуации [в Украине], стали обращать внимание на то, что происходит вокруг. У многих мнение [о боевых действиях] в принципе поменялось: люди испугались и поняли, что может и сюда прилететь. До этого здесь было много ярых сторонников [военной операции], а сейчас люди поняли риски.

Главное желание валуйчан — «желание выжить и выдержать морально», считает Ольга. Для этого, говорит она, нужна «победа»:

— Военные действия — это страшно и опасно. Я думаю, все мечтают об обыденной жизни: не переживать за себя, свое здоровье и не думать о том, прилетит ли [снаряд] в твой дом. Нужно отвести войска [ВСУ] намного дальше, нужны активные действия со стороны военнослужащих и властных структур. Понятно, что это не изменит ситуацию: будут обстреливать другие территории. Но, думаю, слово «победа» сюда подойдет.

Алина Челинцева надеется, что вооруженный конфликт закончится, — хотя и называет эту надежду глупой.

— Хочется, чтобы все прекратилось. Или хотя бы обошлось малой кровью. Но говорить о малой крови сейчас, наверное, некорректно. Я не знаю, чего ожидать. Последние недели были очень неожиданными: мобилизация, новые обстрелы — когда все заново началось. Я надеюсь, что завтра будет тихо.

Последствия обстрела Валуек 16 сентября

Последствия обстрела Валуек 16 сентября. Фото: Telegram-канал «Настоящий Гладков». Источник: t.me

Когда еще прилетит

В маршрутку из центра Валуек до автовокзала зашла женщина с небольшим пакетом в руках. Она ждала автобус на остановке больше 15 минут — путь пешком занимает примерно столько же времени. Пассажирка протянула водителю банковскую карту. А мужчина за рулем попросил ее оплатить проезд переводом на карту.

— Нет, я не могу. Долго. Возьмите карту, — ответила она.

— Вам что, жалко, что ли? — возмутился водитель.

— Ну вам же терминалы [для оплаты проезда картой] поставили зачем-то.

— Ну, значит, завтра пешком пойдете! — завелся мужчина. — Я до часу работаю — и все.

— Да у вас терминал [стоит]!

— Все, достали! Я за 20 лет ни копейки, ни одной субсидии [от государства] не получил!

Официально считается, что пассажиры валуйских маршруток могут оплатить проезд наличными или банковской картой. Но многие водители просят переводить деньги на карту: так они пытаются обходить сервисные сборы за использование терминала и оставлять всю прибыль себе.

Женщина настояла на своем и оплатила проезд картой. Через несколько минут она вышла на остановке перед вокзалом и, улыбаясь, пошла по своим делам. На парковке возле автовокзала громко разговаривали трое таксистов в жилетках и с сигаретами в зубах.

— Хохлов мочили, я говорю: глянь, осколок летит! Летит! Приглядываюсь — а это птичка. Тут я и *** [удивился]: тоже мне, осколок!

Неподалеку от таксистов полный мужчина в военной форме ждал автобуса и рассказывал приятелю о походе в белгородский бар.

— Там сет самый дорогой — 1100 рублей. Ликер, текила. Мы взяли, а бармен на нас вот такими охуевшими глазами смотрит, — мужчина показал удивление бармена.

Последствия обстрела Валуек 16 сентября

Последствия обстрела Валуек 16 сентября. Фото: Telegram-канал «Настоящий Гладков». Источник: t.me

В стороне от мужчин разговаривали две женщины в черной одежде. Дочь одной из них играла в телефон.

— А ты похудела, — сказала женщина с ребенком на руках.

— Да я с этой [Роскомнадзор] еще сильнее похудела. Я живу ж рядом, там, где обстреляли. Все видела, как горело, — ответила другая.

— Ужас.

— Да, ужас, оно так полыхнуло. Воронки какие-то, мины. Было страшно.

— А я в тот вечер зятю звонила, чтобы приезжали, а то тоже рядом.

— Страшно. Не знаю, когда еще прилетит.

— Мы тоже боимся, — сказала первая и обратилась к дочери: — Ладно, пойдем. Маленького надо кормить.

Материалы по теме
Комментарии (0)
Мы решили временно отключить возможность комментариев на нашем сайте.
Стать блогером
Свежие материалы
Рубрики по теме
Белгородская областьУкраинаСобытияАрмияУкраина-РоссияОбщество
Заполняя эту форму, вы соглашаетесь с Политикой в отношении обработки персональных данных
ПРОДОЛЖАЯ ПОЛЬЗОВАТЬСЯ САЙТОМ,
ВЫ ПОДТВЕРЖДАЕТЕ, ЧТО ВАМ УЖЕ ИСПОЛНИЛОСЬ 18 ЛЕТ
ПРОДОЛЖАЯ ПОЛЬЗОВАТЬСЯ САЙТОМ, ВЫ ПОДТВЕРЖДАЕТЕ, ЧТО ВАМ УЖЕ ИСПОЛНИЛОСЬ 18 ЛЕТ
Нам нужна ваша поддержка
Мы хотим и дальше давать голос тем, кто прямо сейчас меняет свои города к лучшему: волонтерам, предпринимателям, активистам. Нас поддерживают благотворители и спонсоры, но гарантировать развитие и независимость могут только деньги читателей.
Ежемесячно
Разово
Сумма
100
200
500
1000
2000
Нажимая на кнопку «Поддержать» вы соглашаетесь с политикой конфиденциальности