Межрегиональный интернет-журнал «7x7» Новости, мнения, блоги
  1. Горизонтальная Россия
  2. Айрат со второго подъезда, его семья и мировая политика

Айрат со второго подъезда, его семья и мировая политика

Джамиля Садриева
Джамиля Садриева
Добавить блогера в избранное
Это личный блог. Текст мог быть написан в интересах автора или сторонних лиц. Редакция 7x7 не причастна к его созданию и может не разделять мнение автора. Регистрация блогов на 7x7 открыта для авторов различных взглядов.

На улице прохладно и сыро: всю ночь шел дождь. Из-за потрепанных построек двор кажется серым. Пессимистичную палитру разбавляют большие деревья и зеленые холмы за крышами. Во дворе кипит жизнь: люди вокруг обсуждают планы на выходные, подметают крыльцо, двое мальчишек катаются на велосипеде.

Рядом с грязной подъездной стеной сидит мужчина 60 лет. Он закуривает — сигаретный дым медленно расплывается по воздуху. Ядовито-кислый запах сильного табака доходит до ребенка, стоящего за несколько метров от мужчины; он закашливается и убегает со двора в сарай.

Курящего мужчину зовут Айрат. Второй подъезд 17-го дома — это его дом и малая родина. Он живет за счет «шабашек» — неофициальных работ на несколько дней. За одной шабашкой идет другая, так складывается рабочая неделя. Обычно шабашки случаются на стройках: после поднятия тяжестей у Айрата болит спина и развивается грыжа. Мужчина работает так уже пятый год. Другой доступной работы в деревнях нет.

Айрат говорит спокойно. По его виду складывается впечатление, что он обдумывает каждое слово и озвучивает только меньшую часть из своих мыслей.

— Нами даже глава поселения не интересуется, что уж про тех, кто еще выше, говорить. Хотя он когда-то был нашим мужиком. Сейчас поднялся, да. Насколько честно, не мне судить, — отвечает Айрат на вопрос об отношении к местной политике. Слово «политика» имеет особый эффект в диалогах с людьми: часто эта тема становится переломным моментом общения, после которого человек начинает относиться к тебе по-другому. Айрат же спокойно реагирует на все вопросы — кажется, что некоторые из них он даже ждал и давно хотел поделиться своим ответом.

— Вы меня решили спросить про санкции западные? Я что могу сказать? Может, кого-нибудь другого поищите? Вдруг я чего не то скажу...

Ну на санкции не все равно даже мне. Как это может быть все равно? Это же наказание за войну. Санкции — все равно плохо. Особенно для тех, кто газом зарабатывает, кто акции пишет. Их, наверное, сильно коснулось, а нас меньше. Но тут проблема другая еще есть: у нас жизнь не такая большая, и каждая мелочь сильно влияет на быт. Вот хлеб стал дороже на 10 рублей — для нас это важно. Это у нас любят обсуждать, последнее время про цены все говорили, все жаловались.

Хотя, казалось бы, мы только нормально зажили. Вон, смотрите, тут асфальт сделали путный, клуб разобрали, площадку детскую построили. — Мужчина показывает рукой налево. Там стоит небольшая деревянная песочница, качели-весы размером с трехлетнего ребенка и крупный стенд из железа с плакатом «Наш двор. Благоустройство Татарстана». Детей на площадке нет.

— Клуб, конечно, хотели отремонтировать. Ну, по идее, так и должны: просто все это может годами идти. Пока только разобрали.

Я, как вы просили, про санкции скажу конкретно. Сейчас у нас на них списывают все проблемы. И цены из-за санкций повысились, и автобус стал реже ходить из-за санкций, и клуб не строят из-за санкций. Я вот не могу понять, там кто-то специально на наш совхоз проклятие это наложил, что ли? Кто-то вот сидел в золотом кабинетике своем и решил конкретно на нас, обычных людей, насыпать проблем. Ну что за бред? И без санкций г***а была полно. Цены и так поднимались каждый год! И так магазины то открывались в городе, то зарывались.

Закрытые границы? Жаль тех, кто разъезжал по заграницам. Мы никогда там не были, на меня лично это вообще не влияет. Ну в молодости только был в Грузии и в Украине, но это было советское время. Раньше по путевке ездили коллективом, а сейчас денег не хватает. А в Украину уж и внуков моих не пустят наверняка, даже если война закончится.

Я обидеть никого не хочу. Я всю жизнь работал, даже сейчас работаю, хоть и на пенсию пора уже и здоровье не позволяет. Я уважаю всех. Но вот получается как: мы страны заграничные во всем обвиняем, что границы закрыли или что из-за их санкций клуб не строят опять, стройка встала. Но я вот понял, что нас свои же прижимают.

Вот до войны кто депутатам мешал нормальный асфальт проложить? Они же каждый день на работу ходят, а эта проблема у нас уже лет 30. Чего ж раньше не сделали? И благоустройство это: никто из детей наших не играет на этой площадке. У меня сосед мастер, он у себя в огороде построил сам качели, и они лучше этого благоустройства. Или про путешествия. Ну они нам уже давно закрыли все шансы на такие поездки. Я скажу опять, что работал всю жизнь. Но на мне море поехать никогда не хватало, хотя очень хотелось.

Всегда были проблемы, и я не хочу ругать чужие страны. Их вообще не волнует, наверное, как россияне живут, у них свои дела есть. Мне больше обидно, что наши депутаты и главы столько лет сидели, дома себе строили, а виноват в людской нищете кто угодно, но только не они. То на сходе граждан перед выборами мужик в деловом костюме речи толкает, что мы лентяи, то по телику говорят, что Америка нас уничтожает. Надоели уже. Работали бы нормально наши депутаты, тогда бы все было, и на санкции было бы насрать. А мы настолько на дне сейчас, что не замечаем санкции, потому что и без них **** [плохо].

Я-то пожил свое. И молодость у меня нормальная была, хотя и там от войны умирали мужики нормальные, семьи распадались — я про Афган говорю, а то, может, забыли уже.

Детей жалко. Им сейчас надо счастливыми быть, не думать ни о чем, а они деньги считают, как бы на молоко хватило. Мы, старики, потерпим, я вот и поголодать могу.

Может, мы сами виноваты. Позволяем им на себе нажиться. Это да, это может быть... Но как бороться-то? Просто житель обычный другими вопросами занят. Тут тех, кто о судьбе страны философствует, всего пара человек на весь совхоз. Времени нет на это: посев начался, у детей экзамены в школах, еще бочку найти надо новую в огород.

Страна большая. И хорошая страна, кто бы что ни говорил. Против своих я не пойду никогда и точно знаю, что и внуки мои не пойдут. Хотя они у меня очень умные. Младший читать любит, хочет в Москву поступать, грамоты приносит по математике. Но он мне сказал, что в 14 пойдет на работу и будет семье помогать. Вот какой молодец ребенок! Семья — это же и есть Родина. У меня вот кроме семьи и нет ничего: хотя раньше было здоровье, но к моим годам и его не осталось. И поселок наш еще — Родина. Не Москва, не Кремль. А наш поселок. И если он за семью, значит, и за Родину тоже. Хотя когда в школе на уроке он про войну высказался, его по-всякому называли: и дураком, и западником. Хороший внук у меня. За детьми будущее есть, как бы только не сломала бы их политика государственная.

Вы уж простите, что я не конкретно про санкции проговорил. Я просто в этом не понимаю толком, вы поспрашивайте молодежь, они точно лучше знать должны.

И не меняйте ничего, пожалуйста, в словах моих. Вам, наверное, как и телику, нужно только одно показывать — а вы публикуйте как все как есть, пожалуйста. — Мужчина заканчивает свою речь, встает со стула, стряхивает сигаретный пепел с колен и уходит.

У Айрата есть жена, с которой он прожил большую часть жизни. Это женщина небольшого роста, с резкими чертами лица и черными волосами — Альфия. Ее яркая одежда, купленная в местном магазинчике тети Любы, гармонично сочетается с оранжевым оттенком кожи.

От этой женщины постоянно слышатся звуки — чаще всего она обсуждает соседей сверху с соседями снизу и наоборот. Альфия очень улыбчивая, а ее ласковый голос похож на сахар — такой ее знает весь двор. Но если вы встретите ее в гневе, то вы точно это запомните: в приступе ярости женщина уходит в звонкие монологи, в которых даже ее лучшие соседи предстают животными. Часто достается мужу. Она громко отчитывает его прямо на улице: обычно Айрат с грустью смотрит вниз и молча давится потоком сознания супруги.

Иногда в семейные разговоры встревают прохожие, добавляя оскорбительных эпитетов для красочности; почти все пенсионеры выступают на стороне Альфии, а молодые, проходя мимо, бросают сопереживающий взгляд на Айрата.

Альфия быстро ходит, быстро вскапывает грядки и быстро говорит. Если следить за ее работой в огороде, может создаться впечатление, что это заведенный робот. Она делает наклон туловищем и давит ногой на лопату: все движения одинаковые. За годы жизни тело выучило их на уровне рефлекса.

— А куда мои слова пойдут потом? Это не на телевизор же? Ты на телефон меня не будешь снимать? Как правильно там? Ну а ты как считаешь про санкции? Это типа политика, да? Ты зачем спрашиваешь вообще? Хочешь, чтобы меня сдали потом? — Альфия задает вопросы, не слышит ответов и долго не может начать рассказ.

Спустя некоторое время женщина признается, что не знает слова «санкции». Падение рубля ее интересует слабо, а в мировой экономике хорошо разбирается ее сын, который учился в университете. «С ценами нас, конечно, имеют, это все заметили. А война тут при чем? Ну мы особо не жили богато никогда, ремонт сделали уже давно, где жить есть у нас. Вот посадим побольше в этом году — все свое будем есть. А цены поднялись сильно в этот раз, да», — выражает мнение Альфия. Больше на эту тему она не говорит и старается сменить тему разговора на обсуждения грядок.

— Ну ты тоже нашла кого спрашивать такие вещи. Кого касается политика, того и спрашивай, у политиков и спрашивай про политику, а то решила тоже у нас спросить, я откуда знаю про санкции, я политик, что ли, мне за эти знания платить будут, что ли, я то откуда знаю.. - Альфия с лопатой в руках уходит из огорода и продолжает говорить что-то по дороге.

У Айрата и Альфии есть 15-летний внук Павел. У него большие амбиции: юноша любит математику и мечтает разработать свое программное обеспечение. Его хвалят почти все учителя, им гордятся родители. Юноша привил себе любовь к чтению, чтобы развиваться всесторонне; он понял, смотрит видео про психологию и учится принимать себя и окружающих; он умеет подтягиваться на турнике и отжиматься на брусьях. Павел приходит после школы и делает уроки, а на выходных весь день смотрит уроки по программированию — у Павла очень серьезный настрой, потому что есть очень серьезная цель.

Он хочет уехать из деревни. Ему тут одиноко и некомфортно. Среди сверстников он не нашел себе товарища по душе, а те, что старше, редко появляются в селе.

Материалы по теме
Мнение
3 июн
Игорь Аверкиев
Игорь Аверкиев
О сути пропаганды
Мнение
9 июн
Андрей Нечаев
Андрей Нечаев
Ситуация в экономике: оптимисты и пессимисты найдут свое
Комментарии (0)
Мы решили временно отключить возможность комментариев на нашем сайте.
Стать блогером
Новое в блогах
Рубрики по теме
РазмышленияСанкцииУкраина-Россия
Заполняя эту форму, вы соглашаетесь с Политикой в отношении обработки персональных данных
ПРОДОЛЖАЯ ПОЛЬЗОВАТЬСЯ САЙТОМ,
ВЫ ПОДТВЕРЖДАЕТЕ, ЧТО ВАМ УЖЕ ИСПОЛНИЛОСЬ 18 ЛЕТ
ПРОДОЛЖАЯ ПОЛЬЗОВАТЬСЯ САЙТОМ, ВЫ ПОДТВЕРЖДАЕТЕ, ЧТО ВАМ УЖЕ ИСПОЛНИЛОСЬ 18 ЛЕТ
Нам нужна ваша поддержка
Мы хотим и дальше давать голос тем, кто прямо сейчас меняет свои города к лучшему: волонтерам, предпринимателям, активистам. Нас поддерживают благотворители и спонсоры, но гарантировать развитие и независимость могут только деньги читателей.
Ежемесячно
Разово
Сумма
100
200
500
1000
2000
Нажимая на кнопку «Поддержать» вы соглашаетесь с политикой конфиденциальности