Межрегиональный интернет-журнал «7x7» Новости, мнения, блоги
  1. Горизонтальная Россия
  2. «Конвейер насилия»: как юрист заставил уволиться сотрудников омского детдома, где избивали воспитанников

«Конвейер насилия»: как юрист заставил уволиться сотрудников омского детдома, где избивали воспитанников

Иллюстрация «7х7»

По данным Министерства просвещения на 1 декабря 2023 года, в России живут 36 тыс. сирот. Статистики по насилию над воспитанниками в детдомах не существует, при этом новости об избиениях и сексуализированном насилии в интернатах не редкость. Правозащитники пишут обращения в государственные органы, а журналисты делают об этом сюжеты — чаще всего это не приводит к значимым изменениям.

Юрист Никита Сорокин смог переломить эту тенденцию: он добился реакции омских властей на систематическое избиение и использование методов карательной психиатрии в местном детдоме. После вмешательства юриста в интернате произошли кадровые и управленческие изменения. Как ему это удалось, с какими трудностями столкнулся юрист и почему в детдомах сохраняется насилие — в материале “7x7”.

“Тюремные порядки”

 

В конце октября 2023 года жители Омской области прислали питерскому правозащитнику Никите Сорокину видео, на котором одна из воспитанниц Большеуковского дома детства отчитывает другую сироту и дает ей пощечины за опоздание на ужин. Девочка оправдывается, что гуляла в парке. Другие дети снимают происходящее на телефон.

Затем воспитанница берет избитую девочку за волосы и наклоняет ее головой в унитаз. Так ее заставляют вымыть руками грязные туалеты: пользоваться ершиком или туалетной бумагой ей запрещают. Девушка бьет воспитанницу по рукам и спине со словами: ”Я тебя сломаю. Я тебя утоплю в этом унитазе”.

— Меня это видео шокировало. Я, конечно, многое в жизни видел, но думал, что 90-е годы прошли и в интернатах нет насилия. Раньше преподавателям задерживали зарплаты, они объявляли голодовки. Сейчас отношение к детям поменялось, финансировать детдома стали. Но дедовщина сохранилась, — рассказал Никита Сорокин.

Юрист опубликовал видео в своем телеграм-канале, где назвал происходящее “тюремными порядками” и публично обратился к Следственному комитету и уполномоченной по правам ребенка Марии Львовой-Беловой. Сорокин также предложил проверить условия содержания детей в интернате.

Вскоре после публикации поста к правозащитнику в соцсетях стали добавляться в друзья другие воспитанники Большеуковского детдома. Среди них была девушка, избившая девочку-подростка на видео. Она была зарегистрирована не под своим именем.

— Эта девушка спросила у меня: ”Почему я должна за все отвечать?” И рассказала, как для воспитания работники систематически бьют детей, отправляют их в психушки за малейшие проступки. Я понял, что это нельзя оставить просто так, — добавил правозащитник.

“Все дети боялись”

 

Поговорив еще с несколькими воспитанниками, Сорокин вместе с активистами из омского движения “Семья права!” (позиционируют себя как активисты в защиту традиционных ценностей) помог детям подготовить заявление в Следственный комитет. Правозащитник убеждал воспитанников интерната, что им за это ничего не будет.

— Все дети боялись. Они привыкли, что если они на что-то жалуются, их кладут в психушку. Еще они боялись работников, особенно Аслана Клематова, который жестоко избивал их всем, что попадется. Администрация этим пользовалась, и, если дети жаловались на что-то, им говорили: ”Мы сейчас Клематову сообщим”, — объяснил правозащитник.

Детей помещали в психиатрическую больницу по решению местной комиссии, в составе которой нет психиатров или психологов. В основном — за дисциплинарные нарушения: если кто-то отказался пойти в школу, опоздал на уроки или не стал есть.

— Уверен, что контролирующие органы об этом знали. Один из детей рассказал мне, что после того, как он пожаловался заместителю министра региона Оксане Груздевой на некачественную еду, его на три месяца закрыли в психушке, — пояснил Сорокин.

Позднее во время визита в интернат юрист заметил, как один воспитанник настолько боялся давать показания, что у него случилась истерика. При этом дело уже было под контролем общественников и местных властей.

К слову, власти быстро отреагировали на пост Никиты Сорокина. Через сутки после публикации Следственный комитет по Омской области возбудил уголовное дело о халатности. Омский губернатор Виталий Хоценко инициировал проверку в интернате, а министр образования региона Иван Кротт пригласил к участию местных журналистов и общественников, в числе которых была Алеся Григорьева из “Семьи права!”.

Сорокин отправился в омский интернат из Санкт-Петербурга, чтобы лично увидеть и проконтролировать, как живут воспитанники:

— Этих детей и так жизнь потрепала, их лишили родителей. Изъяли из семей, чтобы поместить в хорошие условия и не навредить. А затем там над ними фактически осуществлялись пытки. Это несправедливо.

Дырявые кеды и аминазин

 

Большеуковский интернат находится в 300 км от Омска. Это большое трехэтажное здание, которое отапливается мазутом и дровами. По словам Алеси Григорьевой из “Семьи права!”, в детдоме всегда холодно, так как протопить все комнаты за счет котельной невозможно. Канализации в интернате нет, вместо нее — выгребная яма. 

К приезду общественников и местных властей работники интерната подготовились. Дети рассказали о ходе подготовки Никите Сорокину заранее. Сотрудники повесили картины, привезли новую мебель, вымыли полы и туалеты, заделали дыры в стенах декоративными “звездочками”.

— Когда я приехал, обстановка была приближена к домашней. Хотя государство не может быть домом. Государство — это машина, конвейер, по которому идут дети, — рассказал правозащитник.

Не все руководству детдома удалось скрыть. Сорокин обратил внимание, что в одном из помещений на полу лежали пыльные игрушки. Он уверен, что ими давно не пользовались и принесли только для того, чтобы показать проверяющим.

Когда Сорокина, Григорьеву и других подпустили к детям, те увидели, что некоторые из воспитанников были обуты в дырявые и мокрые кеды. Дети пожаловались правозащитникам на плохую еду и помещения в психиатрическую больницу, где им насильно кололи сильный нейролептик — аминазин. От него воспитанники теряли память и становились заторможенными.

— Видел их во время проверки после уколов аминазина. Становились овощами. Они не понимали, что происходит. Были как будто в другом мире, в неадеквате. Оставалось только слюни ронять на пол — в таком состоянии был ребенок, — рассказал юрист.

Фото: Иллюстрация «7х7»

Алеся Григорьева подтвердила слова Сорокина и добавила, что у детей не было зимней обуви. Также общественница сказала, что в интернате почти нет спортивного инвентаря и детских площадок. За 30 лет существования детдома там ни разу не было ремонта.

— Такое впечатление, что деньги на финансирование интерната просто разворовывались, — сказала Григорьева.

Сорокин оставил детям свой телефон и сказал звонить ему в случае применения силы. Многие воспитанники воспользовалась такой возможностью, добавил правозащитник:

— Когда они поняли, что можно жаловаться, что их за это не накажут, они стали активно это делать. И это был не один ребенок. Все они говорят, что это [помещение в психиатрическую больницу и уколы аминазина] было наказание, а не лечение.

Об этом же юристу рассказали бывшие воспитанники Большеуковского интерната. Из их слов правозащитник сделал вывод, что практика насильственного помещения детей в психиатрическую больницу существует с 1994 года, почти 30 лет.

“Мы не можем их защитить”

 

Антон Рубин, директор самарского “Домика детства”, который занимается помощью детям-сиротам, рассказал, что объективных данных о том, сколько детей подвергаются насилию в детдомах, не существует:

— По своему опыту работы могу сказать, что насилие применяют часто. Как и в любого рода закрытых учреждениях. В этом смысле детские дома и интернаты мало чем отличаются от армии или тюрьмы. Если нет внешнего контроля, закрытое учреждение всегда будет питательной средой для насилия.

По словам Антона Рубина, зачастую воспитатели пользуются сложившейся системой насилия, так как с помощью нее можно управлять большим коллективом.

— Достаточно иметь "в друзьях" нескольких "блатных" и закрывать глаза на насилие с их стороны, и вот уже порядок, чистота, все слушаются и вовремя ложатся спать. А если вдруг нет, то достаточно шепнуть о своем недовольстве, и все исправят за вас, — добавил директор “Домика детства”.

Чаще всего дети предпочитают не жаловаться на ситуацию с насилием, так как не рассчитывают на реальную помощь. По мнению Рубина, это связано с тем, что гражданское общество в России не имеет возможности защитить воспитанников закрытых учреждений.

Изменения 

 

После посещения детдома, 2 ноября, Никита Сорокин встретился с министром образования Омской области Иваном Кроттом и детским омбудсменом региона Елизаветой Степкиной. Правозащитник предложил чиновникам решение, как остановить насилие в интернате. Он указал на то, что нужно уволить директора детдома и прекратить помещать детей в психиатрическую больницу за проступки, хотя чиновники заверили его, что эта практика законна. Кроме того, юрист попросил провести “ревизию” детей, которых можно вернуть обратно в семью.

— Многие дети, как показала практика, изымаются из семей за мелкие провинности родителей. К примеру, родитель уехал на заработки, а ребенок остался с бабушкой. Вот за это могут изъять, — сказал правозащитник.

Также Сорокин предложил поставить в интернате камеры и применять нагрудные видеорегистраторы для сотрудников.

В этот же день стало известно о первых изменениях. Исполнявшую обязанности директора Большеуковского интерната Людмилу Волкову уволили. Волкова работала в детдоме 30 лет, из которых в должности и. о. директора — только несколько месяцев. Сейчас директором детдома работает Оксана Рязанова. Правда, на сайте интерната сказано, что Людмила Волкова работает заместителем Рязановой. Насколько эта информация актуальна, Никита Сорокин не смог прокомментировать.

По словам Алеси Григорьевой, Волкова не играла существенной роли в управлении интернатом:

— Ее временно поставили исполняющей обязанности незадолго до нашего приезда. Тетушка Волкова была просто громоотводом. Ее отставки я не добивалась.

Также в интернате ввели должность клинического психолога. Чиновники пообещали изменить штатное расписание в детдоме и ввести кураторство над детьми.

По словам Никиты Сорокина, уволился и Аслан Клематов, который бил и унижал детей. Однако свою должность сохранила сотрудница, также причастная к насилию над воспитанниками, — Татьяна Тараканова. Правозащитник добивался у министра образования и ее увольнения, но этого не произошло.

“Стоит задача угомонить ситуацию”

Фото: Иллюстрация «7х7»

7 ноября Никита Сорокин опубликовал большой пост. В нем он подробно изложил то, что ему рассказали воспитанники интерната: истории избиений, принудительного психиатрического лечения и даже сексуализированного насилия.

Омские чиновники отреагировали на новый пост Сорокина неожиданно, прервав с ним сотрудничество. Правозащитник планировал с ними новую встречу 12 декабря, чтобы обсудить, каких детей можно вернуть родителям. Но после публикации встречу отменили.

— Видимо, они думали, что я эту информацию не обнародую. Я просто отчитался перед обществом и изложил свои мысли. А чиновники обиделись. Им плевать на права детей, там личные амбиции работают, — озвучил юрист.

Сорокин добавил, что, по его мнению, в ближайшее время в интернате не будет случаев насилия над детьми:

— Их не будет никто трогать, потому что стоит задача угомонить ситуацию. Благодаря тому, что СМИ и органы работают, ситуация на виду. Хорошо, что не замолчали, без журналистов мы бы не справились. Мы получили резонанс, который не умолкает. 

Сейчас правозащитник добивается возбуждения новых уголовных дел против действующих и бывших сотрудников интерната по статьям об истязании и неисполнении своих обязанностей (ст. 117 и 156 УК РФ).

Также он требует от властей проверки детского лагеря “Мечта” в Колосовском районе Омской области, куда, по словам воспитанников Большеуковского интерната, их отправляли на лето и где они подвергались в том числе сексуализированному насилию.

На вопрос о причинах насилия над детьми правозащитник ответил:

— Работники таких учреждений часто выгорают, а контролирующие органы закрывают на проблему глаза. Дети сами не могут заявить о своей проблеме. Насилие есть и среди самих детей, даже в обычных школах. Но важна правильная реакция взрослых, с этим надо работать. Иначе мы получим систему пыток и издевательств вместо защиты прав детей.

Материалы по теме
Комментарии (0)
Мы решили временно отключить возможность комментариев на нашем сайте.
Стать блогером
Свежие материалы
Рубрики по теме
ВластьДетиИсторииПрава человекаПравозащитникиСироты