Межрегиональный интернет-журнал «7x7» Новости, мнения, блоги
  1. Тульская область
  2. «Что это за люди, которые готовы ехать издалека и работать „за еду и ночлег“?». На помощь музею-усадьбе «Ясная Поляна» пришли волонтеры

«Что это за люди, которые готовы ехать издалека и работать „за еду и ночлег“?». На помощь музею-усадьбе «Ясная Поляна» пришли волонтеры

«Каждый поработавший здесь совершенно по-другому относится к наследию Льва Толстого»

Алена Посадская, фото автора
Волонтеры в лесу, посаженном Львом Толстым
Фото Алёны Посадской
Поделитесь с вашими знакомыми в России. Открывается без VPN

Шестой год в музей-усадьбу «Ясная Поляна» приезжают добровольцы, чтобы расчищать мемориальный лес, посаженный более ста лет назад Львом Толстым и его женой. Корреспондент «7x7» работал вместе с ними в мае 2018 года и искал ответ на вопрос, почему нелегкий труд, за который не платят деньги, так  привлекает волонтеров из России и других стран.

 

«Здесь столько душевного тепла, заботы, доброты, что просто невероятно»

Корреспондент «7x7» работал в одной из групп добровольцев. 14 женщин и один мужчина приехали из Орла, Воронежа, Москвы и Подмосковья. Возраст — от 20 до 56 лет, волонтерский опыт — у кого есть, у кого нет, большинство имели работу, но были и «на сегодня безработные», «лирики» и «физики». Все беспартийные. Группе поручили убрать ветки от поваленных 22 апреля ураганом пяти мемориальных елей и нескольких берез. Корреспондент «7x7» поговорил с участниками группы.

Леонид — волонтер со стажем. Еще недавно жил на Сахалине, не раз работал в заказнике «Восточный». Занимается госзакупками, но мечтает получить высшее экологическое образование и работать с природой. Трудился весь день с дырой в сапоге в заболоченном месте, принимая от остальных ветви от поваленных ураганом мемориальных деревьев. 

— Красиво тут. Надо еще раз приехать, осмотреть все. И хочется что-нибудь посадить, — сказал Леонид.  

 

 

Волонтерство для него — часть жизни, причем самая интересная. Без этого ему скучно. Хотя не все удается:

— Не так давно хотел помочь в работе с обездоленными. Есть такая организация, от церкви, которая кормит людей на улицах. Пришел на собеседование, все нормально. И вдруг меня спрашивают: а вам дал ваш духовник благословение? Нет, говорю, у меня духовника, я не крещеный. «А как же ты будешь работать?» — спрашивают. Да так и буду, отвечаю. Но не случилось. Отказали мне. Так что всякое бывает.

Надежда, москвичка:

— Здесь в первый раз, а вообще я работаю с акционерами. В этом году вступила во Всероссийское общество охраны памятников истории и культуры (ВООПИК). Мне важно, чтобы мой родной город оставался цельным. Отучилась в школе волонтеров ВООПИК, научилась своими руками делать расчистку, то есть первый этап реставрации, деревянных, металлических  и каменных объектов. Было нас там 300 человек, но желающих гораздо больше. Молодежь очень хочет этим заниматься. И это здорово, приятно.

 

 

О добровольческом десанте узнала из интернета. Подумала: почему бы не поехать? Я давно хотела заняться интересным волонтерским делом. Ожидания не обманули. Правда, я думала, будет посадка деревьев.

Евгения, бухгалтер частной фирмы из Орла:

— Я впервые на таком мероприятии. Приехала вместе с подругой по ее совету — она музейный работник, была здесь с первым десантом пять лет назад. И все пять лет с восторгом рассказывала об этом.

 

 

Это что-то невероятное. Как в отпуске побывала. Молодцы яснополянцы, что придумали такой проект. Здесь столько душевного тепла, заботы, доброты, что просто невероятно. А люди какие! Все работники музея без исключения — и наш «куратор» — вальщик леса Дмитрий, и удивительная Ирина Федоровна — лесоохранитель, кашевар, толстовед. 

 

 

Я так понимаю, что они работают без выходных, за символическую зарплату, при этом нянчатся с нами, как с малыми детьми, показывают, рассказывают. Здесь проникаешься духом Толстого, которого хочется просто перечитать после таких поездок. Обязательно приеду сюда еще раз, на яблоки!

 

«Уверенности ни в чем не было»

А началось все пять лет назад, когда службу, занимающуюся мемориальными лесами и садами, значительно сократили. Об этом «7x7» рассказала заведующая отделом развития музея-усадьбы Льва Толстого «Ясная Поляна» Любовь Кравчина:

— Проект по привлечению к работе в Ясной Поляне волонтеров мы запустили в 2013 году, не особо надеясь на успех. Но деться было некуда: наши «зеленые» службы, как мы их называем, не всегда успевали сделать все работы, которые необходимы, что неудивительно: площадь мемориальной усадьбы составляет 412 гектаров, из них 254 — это леса, более 100 гектаров — луга и пашни, а мемориальные сады раскинулись на 40 гектарах. Музею не хватает сотрудников: сказались постоянные реформы и реорганизации в нашей сфере, в результате которых очень сильно сократили персонал, занимающийся садами, парками и лесами.

 

 

Любовь Кравчина рассказала о большой беде — жук-короед уничтожил почти 20 гектаров мемориального леса, который Лев Толстой лично сажал. Пандемия началась в 2010-е годы. Жук захватил огромные территории вокруг, в соседних регионах. Он нападал на деревья с ослабленным иммунитетом, который они потеряли из-за жары 2010 года и общего потепления климата. Необходимо было срочно уничтожить пораженные деревья до начала вегетации. Тогда, в начале апреля 2013 года, очень кстати оказался грантовый проект «Музейный добровольческий десант». Сейчас хранители садов и лесов Ясной Поляны говорят, что даже не представляют, что бы они делали без волонтеров.

 

Любовь Кравчина

 

Музей-усадьба Льва Толстого был не первым, кто позвал на помощь волонтеров.

— Уже был опыт других музеев-заповедников, — сказала Любовь Кравчина. — Но там чаще всего вовлекают студентов и старшеклассников, а нам это не подходило. От детей и школьников мы отказались (для них есть другие программы), потому что на природных объектах нужно работать целый день, и  там должны быть люди ответственные, физически крепкие, с пониманием того, что они делают и для чего. Поэтому мы сделали ставку на 18+. Написали проект, честно говоря, не имея понятия, где нам брать этих самых ответственных, крепких и понимающих добровольцев. То есть мы осознавали, что дело хорошее, что люди, наверное, приедут, но уверенности ни в чем не было. И вот проект получил президентский грант. И чудесным образом вдруг многое сошлось, и нужные люди встретились. А еще мы обратились к опыту особо охраняемых природных территорий, где есть волонтерское движение и сайт, на котором любой желающий поработать на такой территории может выбрать то, что ему наиболее интересно. Мы обратились в центр «Заповедники» в Москве, который возглавляет Наталья Данилина, поговорили, и они сделали рассылку по своей базе данных. И люди откликнулись. География первого десанта добровольцев была серьезная: Архангельская, Смоленская области, Республика Коми и т. д. Приехали, а у нас еще снег лежит, весна была затяжная… Но заезд был ударный, мы до сих пор дружим, эти люди уже практически профессионалы в ландшафтном деле, и многие из них вновь и вновь приезжают. Вообще, мы поначалу очень боялись. Делали рассылки и думали: а если понаедут какие-то маргиналы с гнусными привычками? Поэтому разработали очень подробную анкету, просили рекомендации-поручительства, контакты близких. И вот уже шестой год все нормально. А нам все интересно: зачем они едут? Какие у них ожидания? Многие, даже наши сотрудники, сначала вообще не понимали, что это за люди, которые готовы ехать издалека и работать «за еду и ночлег» — некоторые исподтишка ходили смотреть на них, а отдельные наши коллеги даже записывались в волонтеры и работали в лесу, чтобы понять добровольцев, получить личный опыт.

 

 

Любовь Кравчина рассказала, что поначалу волонтеры приезжали на четыре смены по две недели с полным пансионом и проживанием в гостинице — палаточные лагеря в мемориальном заповеднике ставить не положено. Но когда закончились грантовые деньги, стало понятно, что сам музей второй такой проект без целевого финансирования не осилит. А главное — очень трудно набрать людей, которые могли бы работать подряд две недели, ведь волонтеры — это взрослые люди, уже вписавшиеся в жизнь, то есть им надо брать отпуск, что порой просто невозможно. И тогда сотрудники музея придумали работу на выходных, хотя есть и однодневные заезды, корпоративное волонтерство. Например, депутаты Тульской облдумы уже десять лет подряд приезжают в Ясную Поляну восстанавливать леса, сажают деревья.

На вопрос корреспондента «7x7», возможно ли индивидуальное волонтерство, когда человек сам берет отпуск и приезжает к Льву Толстому, Любовь Кравчина ответила: 

— Индивидуальное волонтерство еще предстоит осмыслить. И продвигать. Потому что действительно есть такие люди и у нас в стране, и за рубежом, которым хочется внести свой вклад в сохранение этого удивительного места, и они готовы тратить на это какую-то значительную часть своей жизни — мы в этом убедились.

 

«Он приехал. Не говорит ни одного слова по-русски»

Заведующая отделом мемориального леса Ирина Костюкова рассказала корреспонденту «7x7» одну из ярких индивидуальных историй, как в 2017 году к ним на работу попросился индус Арджун Джайн. Он каким-то образом побывал в Ясной Поляне в качестве туриста — в частном порядке или в составе группы — и начал писать письма в дирекцию о том, что хочет работать волонтером, настойчиво просил на это разрешение.

— Руководство долго недоумевало: зачем? почему? В конце концов сдалось и разрешило. Он приехал. Не говорит ни одного слова по-русски, без переводчика. Из богатой семьи, учится в Англии, никогда в жизни физически не работал. Но я об этом тогда не знала. Худенький, маленький, щупленький и просится в лес работать, именно в лес. А у меня в этот день заболел работник, и надо было погрузить восемь тонн дров. Я отправляю его к ребятам, говорю ему два слова по-английски, два по-русски, он кивает: Окей! Ну и отлично, чао! И он ушел. В два часа они приходят на обед. Гляжу — ничего, живой. И не ест. Оказалось, он вегетарианец. Хорошо, что у меня были с собой жареные кабачки. В общем, накормила я его своим обедом. На следующее утро готовлю дома две порции. Муж спрашивает: это для кого? Для индуса, говорю. Блины на воде, помидоры…

 

Ирина Костюкова

 

Каждый день он пилит, грузит. Месяц отработал и уехал. Через некоторое время мне говорят: он прислал письмо. Ну, думаю, все, кранты, с Индией война. А он пишет, что для него работа в лесу была откровением: быть в пространстве Льва Толстого, заниматься трудом — а Толстой завещал же всем трудиться — и это не мешало думать. И что он никогда не был более счастлив, чем в это время. Мы были в шоке.

 

«Сохранить наследие можно только всем вместе»

— Толстой был большим благотворителем, и его отношение к этому претерпело большие изменения, — рассказала «7x7» координатор волонтерских программ музея Елена Горбылева. — Он пришел к выводу, что благотворительность подобна тому, как выжженные луга понемногу в отдельных местах поливают водой, и что нужна не благотворительность, а милосердие. Милосердие — это все что угодно: доброе слово, физическая помощь. Нужно творить благо. В своем отношении к волонтерам и волонтерству мы стоим на этом. Здесь все, что делает каждый, он делает для себя. Сезонный рабочий запросит дорого и будет работать без энтузиазма, а тут есть история переживаний и творческого порыва. И еще мы проводим идеологию, что сохранить наследие невозможно отдельно силами музея или государства — только всем вместе.

 

Волонтеры после работы

 

Каждый поработавший здесь совершенно по-другому относится к наследию, и это наша самая главная и самая высокая задача. Ну и проза жизни: лес является предметом охраны, но средства на его содержание и реставрацию в нужном объеме не выделяются. Если б не было добровольцев — на севере усадьбы была бы «засечная черта» в виде бурелома.


В 2018 году в музей-усадьбу Льва Толстого «Ясная Поляна» запланировано десять заездов добровольцев на выходные, четыре из них уже состоялись. 11 мая прибыло 80 человек, 13 мая приехала корпоративная группа из Москвы — 190 человек. В среднем в Ясную Поляну ежегодно приезжают работать около полутора тысяч волонтеров.  

Материалы по теме
Мнение
14 марта
Виталий Иванищев
Виталий Иванищев
На трамвае из Екатеринбурга в Верхнюю Пышму
Мнение
10 мая
Иван Звягин
Иван Звягин
С помощью индоктринации нас программируют на приверженность определенной идеологии
Комментарии (0)
Мы решили временно отключить возможность комментариев на нашем сайте.
Стать блогером
Свежие материалы
Рубрики по теме
ВолонтерыИсторияКультураОрловская областьЭкология