Итак, коротко по существу вчерашнего поста.

На фоне переписки и дискуссии с комментаторами у меня случился нервный срыв. Я ревела в голос у стен посольства России в Подгорице. Комично и трагично.

Вместо того чтобы поддержать жертв, некоторые комментаторы, и, что самое обидное, женщины, страдали классическим виктимблеймингом: сама виновата на все лады.

Мизогиния — страшное порождение многовекового патриархата. А страдают отдельные нежные и хрупкие девочки.

Что я смею вам должить. Петрозаводск, поздравляю. В городе орудует серийный насильник, использующий свою профессию, власть и положение и доступ к телам пациенток для своих извращенных фантазий. В личку я получила больше 100 сообщений. Несколько десятков — пациентки доктора. К кому-то просто подкатывал, кого-то лапал, кому-то засовывал пальцы в рот — «это шоковая терапия, ты слишком зажата, поверь, это сработает», кому-то засунул пальцы в трусы, но был остановлен. А с несколькими совершил акт орального насилия. Девочки, пришедшие с серьезными вопросами здоровья, находятся в изначально слабой позиции, и обвинять их в том, что им понравилось и они возвращались, «чтобы сосать» — это каким бесчеловечным нужно быть существом, чтобы такое написать. Это как будто помогать доктору насиловать, ретравмируя опять и опять.

Сотни, вдумайтесь, сотни сообщений. И все сразу мне называли фамилию — это он? Да, б****, это он. Я сейчас нахожусь в стадии злости. И думаю, какие дальше шаги предпринимать.

Первое, что пришло в голову, — послать запрос в Минздрав Карелии с просьбой провести служебную проверку на основе писем. Некоторые девочки дали разрешение их использовать не в публичном поле. И сейчас я ищу:

— Помощника, человека из сферы здравоохранения, который подскажет эксперта, специалиста, начальника, а лучше начальницу, которая помогла бы нам выстроить правильные алгоритмы.

— Психологов, которые работают с сексуализированным насилием, которые могли бы помочь девочкам справиться с травмой. Запрос такой вчера тоже поступил.

— Юридического помощника или помощницу, кто составил бы групповой иск к доктору или к клинике, желающие его подписать уже тоже есть. Пока единицы, но, надеюсь, некоторые из вчерашних моих смелых и крутых собеседниц сделают этот решительный шаг.

А тем, кто советует мне выложить имя доктора открыто: вы потом поможете мне уплатить многомиллионный штраф за клевету? Ваша жажда быть прокурорами меня восхищает.

Но я не обвинитель. Обнародовать конкретные факты насилия могут только жертвы. Я лишь узнала одну историю и выложила ее в сеть, чтобы исследовать явление. Оказалось, я открыла портал в ад.

Оригинал