Родственники найденного мертвым солдата, который служил в военной части ракетных войск под Козельском в Калужской области, обнаружили гематомы на теле сына перед его похоронами. Они обратились за помощью к правозащитникам. Об этом 31 октября сообщил «Коммерсант» со ссылкой на «Правозащиту Открытки».

После обнаружения 16 октября в шкафу кабинета командира части тела рядового Сергея Сафонова следователи возбудили уголовное дело о доведении до самоубийства. Родители, обнаружив загримированные гематомы на теле сына перед похоронами, потребовали возбудить уголовное дело об убийстве, они обратились к юристам «Правозащиты Открытки». Родители солдата выяснили, что Сафонова загримировали до поступления в морг. Гематомы обнаружили на лице и теле погибшего солдата.

Родственники рассказали, что Сергей был жизнерадостным и верующим человеком. Его невеста Валерия Велькина разговаривала с ним за несколько часов до гибели по телефону, и тот признался, что совершил поступок, за который стыдно. За неделю до гибели Сафонов рассказал матери о том, что его избивали трое сослуживцев, но он хочет украсть у одного из них телефон, чтобы узнать, где тот живет, и «проучить» после окончания службы. Родственники выяснили, что Сафонов пожаловался командиру на воровство сослуживцев и после этого у солдата начались проблемы с ними. Следователь рассказал родственникам солдата, что командир военной части №54055 Дмитрий Калинин предложил Сафонову переночевать в его кабинете из-за неуставных отношений с однополчанами, и там его нашли мертвым.

Правозащитники и родственники заказали независимую судебно-медицинскую экспертизу.

Адвокат правозащитной организации «Солдатские матери Санкт-Петербурга» Александр Передрук прокомментировал для «7х7» дело о смерти рядового Сафонова:

— Между уголовными статьями об убийстве и доведении до самоубийства большая разница в смысле общественной опасности. Если взять первые части обеих статей, то в первом случае сроки заключения начинаются от шести лет колонии, а при доведении до суицида шесть лет — это максимальный срок. Находящиеся на срочной службе солдаты по закону должны находиться под особым контролем государства, сохранить жизнь военнослужащего — позитивное обязательство государства. В любом случае у следствия должны быть вопросу к руководству части. Родителям погибшего солдата положена страховая выплата за смерть сына, но они могут претендовать и на отдельную компенсацию. В зависимости от установленной следствием вины командования родственники могут претендовать на компенсацию от государства в лице Минобороны. Другое дело, что суммы компенсаций в российской практике варьируются от нескольких тысяч до миллионов рублей. Стоимость человеческой жизни у нас юридически не определена. По-моему, важнее взыскивать компенсацию морального вреда с государства: оно призвало срочника в армию, оно должно нести за него ответственность. А потенциальный преступник, находясь в тюрьме, не факт что сможет расплатиться за содеянное. 


По версии нескольких СМИ, рядовой Рамиль Шамсутдинов 25 октября застрелил восьмерых сослуживцев из автомата из-за "дедовщины" в их полку в Забайкалье. В Минобороны отрицали наличие в части неуставных отношений, по их версии, Шамсутдинов взялся за оружие из-за «межличностного конфликта».