Президент России Владимир Путин 3 октября внес в Госдуму законопроект, в котором предлагается смягчить наказание по экстремистской статье 282 Уголовного кодекса («Возбуждение ненависти либо вражды, а равно унижение человеческого достоинства»). Ее силовики часто использовали для возбуждения уголовных дел за репосты в соцсетях. В документе предлагается оставить уголовную ответственность только для тех, кто нарушил закон более одного раза за год. В ином случае — наказывать правонарушителей штрафом до 20 тыс. руб., обязательными работами до 100 часов или административным арестом до 15 суток. Как в соцсетях отреагировали на решение Путина смягчить наказание за репосты — в обзоре «7х7».

 

«В какой-то момент издержки в виде негатива превысили выгоды для власти»

Депутат Госдумы писатель Сергей Шаргунов, который в июне 2018 года во время прямой линии попросил Путина обратить внимание на  статью, считает президентские поправки важным шагом:

— Впервые за долгое время будет принят закон не об ужесточении, а о смягчении. Приветствую. Конечно, я считаю, что в целом 282-я дурна. Но это нужный сигнал — особенно для исполнителей на местах. Хотелось бы прекращения многих уголовок, которые уже есть.

Заместитель председателя московского отделения партии «Яблоко» политик Кирилл Гончаров напомнил о результатах действия этой статьи:

— Конечно, в истории останутся сотни сломанных жизней молодых людей из-за идиотского ее применения. Все силовые ведомства в течение последних 15 лет блокировали лоббирование хоть малейшего смягчения этой статьи, и сейчас наивно полагать, что жизнь резко изменится к лучшему, нам еще предстоит многого добиться, но первый шаг сделан!

По мнению общественного деятеля из Москвы Антона Цветкова, предложенные президентом поправки повысят эффективность полиции в борьбе с экстремизмом:

— Именно такой подход — оптимальный с точки зрения обеспечения баланса национальной безопасности и прав человека. Несерьезные деяния, не представляющие угрозы для конституционного строя, декриминализируются. А это значит, что у правоохранителей будет больше времени заниматься борьбой с опасными проявлениями экстремизма. Нужно также учитывать и психологический фактор: последние месяцы в рамках кампании по борьбе с 282-й статьей силовиков очень часто и откровенно незаслуженно поливали грязью за их работу. Даже учитывая единичные случаи ошибок в квалификации, это неправильно: они обеспечивают достойный уровень безопасности граждан России в условиях мировой террористической угрозы. При этом не прогнозирую значительного снижения статистики уголовных дел по 282-й статье. Будут какие-то колебания сразу после принятия закона, а потом все выровняется.

 

«Как сажали за слова или даже картинки, так и будут сажать»

Юрист из Екатеринбурга Юлия Федотова считает, что поправки — всего лишь «полумера, которая не решает проблемы с ограничением свободы слова в России»:

— По-прежнему под угрозой любая критика, негативная оценка, шутки. Разница только в том, что на первый раз за это следует административное, а на второй — уже уголовное наказание. Это в юриспруденции красиво называется «состав с административной преюдицией».

Московский журналист Александр Плющев тоже не видит особых поводов для радости:

— Да, по ней будет труднее посадить быстро, поэтому переориентируются на другие — 280, 148 и т. д. [«Публичные призывы к экстремистской деятельности», «Нарушение права на свободу совести и вероисповеданий»]. Зато можно будет выполнять план по административкам. А нарисовать одному и тому же человеку по одной картинке административку, а по другой — уже уголовку — не такое уж сильное увеличение трудозатрат. Так что сущностно мало что изменится — как сажали за слова или даже картинки, так и будут сажать. Зато Владимир Владимирович, который и раньше-то говорил, что у нас «не 37-й год, воронок не приедет», теперь по этой теме вообще весь в белом.

По словам московского политика Дмитрия Гудкова, несмотря на поправки в статью 282, у власти остается достаточно поводов привлечь россиян к ответственности:

— Кроме того: почему дела по 282-й сейчас так популярны? Потому что именно на них легко зарабатывать новые звезды на погоны. Ничего не нужно делать, только мемасики в интернете читать. Думаете, товарищ майор откажется от такой возможности? — Специально для него в Уголовном кодексе осталась, например, статья 280 — «Публичные призывы к экстремистской деятельности». Те же лайки и репосты. А если 280 не хватит, есть, например, 354.1, и там такое: «Распространение выражающих явное неуважение к обществу сведений о днях воинской славы и памятных датах России, связанных с защитой Отечества, а равно осквернение символов воинской славы России, совершенные публично». Еще один тип мыслепреступлений. Ну и, конечно, наше любимое оскорбление чувств верующих.

Обвиняемой по статье 282 УК РФ Марии Мотузной из Барнаула не верится, что «сотрудникам центра „Э“ это даст красный свет».

 

«Тот максимум, который политический блок АП смог выторговать у силового сообщества»

Руководитель Международной правозащитной группы «Агора» Павел Чиков размышляет, как путинские поправки осложнят жизнь полицейским и помогут обвиняемым:

— В целом оперативникам ЦПЭ работать теперь будет сложнее, сидеть у компьютера и штамповать уголовные дела по статье 282 будет невозможно. Однако законопроект никак не затрагивает статью 280, у которой «чекистская» подследственность. То есть просматривается конкурентная борьба между МВД и ФСБ за экстремистские уголовки. Полицейским работу планируется усложнить, а госбезопасности, соответственно, нет.

 

Хорошая новость для обвиняемых, подсудимых и осужденных по статье 282: уголовные дела после принятия и вступления в силу поправок в УК должны быть прекращены, а приговоры отменены.

 

Срок давности привлечения к административной ответственности — один год, то есть для большинства не будет и административки.

По мнению политолога Екатерины Шульман, это все, о чем власть смогла договориться с силовиками:

— Это, насколько я понимаю, частичная декриминализация ст. УК 282, как с побоями было: первый раз — административное наказание, второй раз в течение года — уголовное. Внесено президентом. Небогато, но лучше, чем ничего: это, видимо, тот максимум, который политический блок АП смог выторговать у силового сообщества.

Главный редактор Russia Today Маргарита Симоньян считает, что на этом нельзя останавливаться и нужно продолжать работать над законом:

— Следующий шаг по 282-й должен быть такой: резко ограничить круг экспертов, которые могут признавать материал экстремистским. Лицензировать их, сертифицировать или как-то иначе убирать из этой истории идиотов, признающих пропагандой нацизма пост с кадрами старых советских фильмов.

Политик из Санкт-Петербурга Андрей Пивоваров сожалеет, что президент не позаботился о статье 148 «об оскорблении чувств верующих»:

— Могу предположить, что теперь эшники (ведь статистику по раскрываемости никто не отменит) будут заходить именно с этой стороны и будут рыть интернет в поисках мемов с патриархом.

Общественный деятель Михаил Ходорковский шутит:

— Теперь нары не за один лайк. За два! Ну, за гуманизацию!

 

«Путин не вносит поправки, отменяющие поправки, ранее внесенные Путиным, вот просто так»

Политик Леонид Волков считает, что поправки говорят о победе гражданского общества над Путиным:

— Путин не вносит поправки, отменяющие поправки, ранее внесенные Путиным, вот просто так. Никогда. Он делает это под давлением. Он делает это из-за общественной кампании. Он делает это, потому что боится. Не было бы протестов по всей стране, не было бы вот этого ощущения, что все из рук валится — не было бы и идеи, что надо дать послабление по какой-то резонансной теме, чтобы снизить уровень давления.

Главный редактор радиостанции «Говорит Москва» журналист Сергей Доренко в своем Telegram-канале «Расстрига» высказал мнение, что Путин «слышит общество» и поступил правильно, но обратил внимание на неразрешенные вопросы:

— Путин слышит молодежь, потому что менты охотились именно на детей. Вопрос:

— Кто ответственен за охоту на детей и кто ответит? С кого сдерут погоны? Кому исковеркают судьбу так, как исковеркали судьбы ребят?

— Будут ли амнистированы несчастные жертвы узколобых кретинов, остающиеся сейчас в застенках?

Журналист из Москвы Максим Кононенко назвал новые поправки большим достижением:

— И, заметьте, пока Дума телилась и ссала сделать это самостоятельно, делать пришлось президенту. Ну и кто тут у нас главный европеец? Впрочем, останавливаться на достигнутом вовсе не нужно. Во-первых, надо будет посмотреть, как зарабатывающие палки региональные следаки будут это интерпретировать. А во-вторых, надо и дальше внедрять в сознание масс простую мысль: слова не могут быть наказуемы. Наказуемо может быть только действие.