Межрегиональный интернет-журнал «7x7» Новости, мнения, блоги
  1. Пензенская область
  2. Крыса

Крыса

Илья Шакурский
Илья Шакурский
Добавить блогера в избранное
Это личный блог. Текст мог быть написан в интересах автора или сторонних лиц. Редакция 7x7 не причастна к его созданию и может не разделять мнение автора. Регистрация блогов на 7x7 открыта для авторов различных взглядов.
Поделитесь с вашими знакомыми в России. Открывается без VPN

Да и не смешно ли помышлять о справедливости, когда всякое насилие встречается обществом как разумная и целесообразная необходимость, и всякий акт милосердия, например оправдательный приговор, вызывает целый взрыв неудовлетворенного, мстительного чувства?

А.П.Чехов «Палата №6»

Ноябрь 2017 г. Холодно, неуютно. По телевизору на «МУЗ-ТВ» играет «Розовое вино» Федука. Меня только что привели из карцера. Мой первый самый жуткий опыт изоляции. Завтра повторные следственные действия. Страх парализовал все чувства. Я нахожусь в оцепенении, боюсь говорить, боюсь думать, я потерял самого себя, отрекся от себя настоящего, живого, от своих мыслей, от людей.

Я никому не верю, я не верю в бога, человека, я не существую. Обшарпанная стена, казенный пыльный матрас на железной ржавой шконке, выданное посеревшее постельное белье.

Вокруг меня ничего не существует, только страх и боль. Я не принадлежу самому себе, я пленник системы, игрушка в руках садистов. 

Они управляют мной. Но где-то внутри еще свободный и не убитый дух слезно кричит: «Пиши! Пиши! Фиксируй состояние. Передай его. Сохрани истину». Я беру тетрадь и дрожащими руками пишу о том, что происходит внутри, заменяя «я» на «он», будто все это случилось не со мной. Прикрываю листы от камеры и окружающих арестантов, содрогаюсь от каждого звука, пишу будто не о себе, ибо боюсь верить в реальность происходящего. Но все это было по-настоящему, 3 ноября 2017 года меня отправили в карцер, по пути в который сотрудники ФСБ применяли ко мне пытки электрическим током. Спустя 5 суток я вернусь в камеру 117, где напишу текст под названием «Крыса». 

***

Осень. Мерзкое, холодное, мокрое и мрачное время года которое вместе с падением листвы приносит в жизнь хандру и сопутствующую ей ненависть ко всему. Он как никогда ненавидел осень. Старался избегать ее, оставаясь дома в продолжении борьбы с депрессией. Наркотики и алкоголь уже не помогали, а скорее топили его в глубине ужасного состояния. Казалось, что хуже уже некуда, но это только казалось, так как этой осенью он очнулся в глубоком мраке бетонного мешка. 

Сухость во рту требовала глотка горькой вонючей воды из-под крана. Губы слиплись и потрескались. Отвратительный запах изо рта смешивался со всеобъемлющей вонью мочи из дырки в углу. В раковине оставалась засохшая рвота, которую невозможно было смыть из-за забившегося слива. Он закрывал лицо вафельным грязным полотенцем, пытаясь забыться, отключиться. Запах, окружающая обстановка и пульсирующая головная боль, отдающая ударами в висках, вызывали порывы тошноты. Полотенце обматывало шею, сдавливалось и со страхом отпускалось.

«Здравствуй, ад!». Дьяволы смотрят в глазок, с неохотой приносят таблетки и хлеб. 

Полотенце режет шею, горькая вода, не хватает воздуха. Он закусывает узел полотенца и рычит, в бешенстве рвёт зубами ткань, из глаз льются слезы, вместе с ними вытекают все остатки жизни, он не останавливает их. Дьяволы смотрят, маструбируют, едят жирную еду, вытирают руки о камуфляжные штаны.

Что такое паническая атака? Он лежит на пыльных досках полов и дрожит. Он думает, что вся жизнь — паническая атака, вся жизнь — путь к суициду, ибо жизнь — это то, что окружало его в тот момент.

Он умер. Тело лежало на полу около бетонного пенька. Душа нашла выход из этого пространства лишь в проточных трубах. Может, это безумие? Именно так это происходит. Ты просто теряешь жизнь внутри себя.

В детстве он жил недалеко от психлечебницы и порой, встречая взглядом больных людей, задавался вопросом, что с ними случилось, что лишало их рассудка и адекватности, почему они стали такими, как проходит этот процесс в их голове. Где начало и конец безумия? Может быть, научно-медицинская литература способна объяснить все это подробно, но в тот миг он, кажется, понимал все это без книг. Он захотел в ту самую больницу, к психам, которых боялся в детстве, но теперь же он считает их безопасными для себя — в отличие от других людей. 

Вскоре он перестал думать. Мысли покинули его голову. Все поглотила пустота.

Существовал лишь окружающий ад и сопутствующая ему обстановка. Исчезли эмоции, понимание и ощущение собственного существования. Не было ни прошлого, ни будущего, ни настоящего. 

Кажется, он забыл, кто он, и еще чуть позже так и остался бы в монотонно качающихся телодвижениях существовать в бездушной плоти. 

Лишь резкий шорох вынудил его открыть глаза и посмотреть в сторону источника зловония. Там сидела мерзкая огромная крыса, жадно пожирающая добытые засохшие кусочки черного хлеба. Она совсем не обращала внимание на его присутствие, будто он и в самом деле уже не существовал, не был способен вызвать тревогу и страх у этого существа, не представлял уже для крысы угрозы, словно бездыханный труп. 

Он замер, смотря в ее маленькие крысиные глазки. Она же почувствовала пристальный взгляд на себе, обратила внимание на него. Начался монолог не подлежащий какому-либо объяснению.

Она будто с жалостью говорила ему: «Ты же человек — один из самых умных и сильных живых существ на земле, сейчас находишься в худшем положении, чем я и мои сородичи. И теперь даже я, такое мерзкое и низкое, на ваш взгляд, существо, смотрю своими стеклянными глазками на тебя с жалостью. Я проживаю каждый свой день в помоях, питаясь вашими объедками, прячусь, потому что вы, люди, хотите уничтожить нас. Видите ли, вам неприятно встречать нас, жалко для нас ваших недоеденных булок, боитесь, что мы переносим болезни, поэтому, по-вашему, мы должны умереть. А сейчас ты, тот самый человек, сидишь передо мной такой жалкий и беззащитный, разбитый и потерянный, и во мне отсутствует жажда мести, потому что я вижу, как и ты познал страх смерти, унизительного преследования и боли. Я не хочу уничтожить тебя, потому что я крыса, я животное, а не человек».

«Что это? Гипноз или галлюцинации, всплеск безумия?», — думал он в тот момент.

Но лишь спустя время он осознал, что мираж или истинное видение того подвального существа спасло от настоящего безумия и потери рассудка. 

Вонючая длиннохвостая крыса, проделав путь через канализационные трубы проникла к нему в ад и принесла в себе чувство сострадания, которое мы считаем человеческим.

Но именно люди тогда были для него самыми страшными существами, потому что делали с ним то, что могли и хотели — то, что не сделал бы с ним никто другой. 

 

(Ноябрь 2017 года)

Материалы по теме
Мнение
26 мая
Лев Шлосберг
Лев Шлосберг
Лишение свободы всегда граничит со смертью
Мнение
21 апреля
Кирилл Суворов
Кирилл Суворов
«Герои спорта», или Ватный Страшила в спортивном костюме?
Комментарии (0)
Мы решили временно отключить возможность комментариев на нашем сайте.
Стать блогером
Новое в блогах
Рубрики по теме
РазмышленияТюрьмы