Межрегиональный интернет-журнал «7x7» Новости, мнения, блоги
  1. Пензенская область
  2. «Остров». Записки из колонии строгого режима. Часть 3

«Остров». Записки из колонии строгого режима. Часть 3

Илья Шакурский
Илья Шакурский
Добавить блогера в избранное
Это личный блог. Текст мог быть написан в интересах автора или сторонних лиц. Редакция 7x7 не причастна к его созданию и может не разделять мнение автора. Регистрация блогов на 7x7 открыта для авторов различных взглядов.

Здесь даже стены – часть большой истории,
Они живут, чужую боль храня,
И в этой заповедной территории
Пристанище нашлось и для меня.

(Валерий Селянин)

Лагерь – словно далекий ото всей жизни остров, собравший в себе собственные законы, понятия, правила, судьбы, интриги, конфликты, знакомства и многое другое под одним куском неба. Маленький, тесный, ужасный мирок, обвитый стенами, клетками и колючками разных конструкций и форм. Старые, полупрогнившие деревянные заборы наравне с железной «рабицей» и пыльными баннерами отгородили от свободной земли всех обитателей данного острова: виновных и невиновных, больных и уставших, испорченных и сильных, осознавших и озлобленных, честных и алчных, многих-многих самых разных людей, чьи судьбы вихрем событий были занесены сюда и застыли на определенные сроки. Среди толпища однотонной темной массы сложно разглядеть историю каждого, к тому же многие, намеренно или нет, скрыты под масками, но тем не менее всех объединяет одно – вынужденное существование в этом месте.

Проклятые клочки земли, пропитанные смрадом лагерного быта и томительным мучением столетий, словно язвы рассыпаны по всей планете. В этих маленьких островах изоляции и отчуждения, так же как и почти везде, есть свои царьки, изгои, подданные и господа. Всем островам свойственны свои отличия, но каждый из них – носитель одной объединяющей их сути. Официально она звучит как манифест социальной цивилизации об исправлении и становлении на путь истинный, но на самом же деле все это — лицемерный самообман, лишь традиция, корнями крепившаяся в конституцию системы. Она, скорее, существует ради себя самой, по инерции, так как просто не знает, как иначе.

Лагерное пространство протоптано следами зеков и надзирателей разных, далеких друг от друга исторических периодов. От царской каторги до советского Дубравлага и до сегодняшнего дня, когда и мне теперь приходится оставлять здесь следы казенных ботинок, так же как и само это место оставляет глубокий след в моей жизни. Наше существование среди серого бетона, асфальта, пыли и однообразных построек, по сути, также проходит будто по инерции, по привычке. Каждый пытается найти здесь свои стимулы и мотивы, чтобы не сойти с ума. Религия, спорт, работа, чтение, общение. Для каждого важен свой лучик света и надежды, но усталость, а порой и злость в глазах у многих уже не исчезает.

Исправительное учреждение. Звучит благородно. Кажется, здесь я должен исправиться и измениться к лучшему, но возникает вопрос: «Что конкретно они хотят исправить во мне, в моем поведении, в моей голове? Не должно ли судьям указывать в приговорах подобные задачи? К примеру, „подавить инакомыслие“, „искоренить желание перемен“, или же все заключается лишь в наказании?»

Лишить свободы за активное стремление к свободе. Все чаще мой взор все же требует иных горизонтов, созданных не высотой оград. Там где-то, кажется уже в ином мире, плывут облака и тучи, летают птицы, слышен гул машин и смех играющих детей. В такие моменты порой я чувствую себя насекомым, пойманным в банку, животным, бродящим по тесной клетке, псом, посаженным на цепь. У каждого человека своя степень и широта взгляда, для кого-то домом является весь мир, а кто-то, в силу своего привыкания или же убеждения, называет эти места домом. Но я точно не дома. Лишь сияние ярких солнечных лучей и прохладный ветерок напоминают мне о том, где на самом деле мой дом, моя родина, моя воля.

Когда я еще не знал, где мне предстоит провести годы заключения, я думал и говорил о том, что планирую во время отбывания срока заниматься саморазвитием, творчеством и буду стараться остаться человеком, не утратившим себя, свои принципы. Сейчас же без какого-либо пафоса я добавил бы ко всему этому слово «выжить». Добраться до финиша этого безумного пути хотя бы с минимальными потерями. Не разочароваться, не угаснуть, не сгнить, не разрушиться, не погибнуть. Этот маленький, тесный остров, словно заснеженная коробка, окруженная неприступностью лесов, замерзшими болотами, заброшками и небольшими мордовскими поселками. Я все чаще думаю о том, что мне невыносимо жалко пролетающего времени, которое я оставляю здесь, но судьба порой зависит от множества причин, на которые мы не в силах повлиять в одиночку. Этот остров понемногу засасывает меня в однообразность своей повседневности, в свои заботы и законы, диктующие почти каждый час моей жизни. Он бурлит смесью противоречивости отчаянья и веры под звуки шипящих маршей и гимнов с привкусом баланды и запахом вареной рыбы вперемешку с дегтярным мылом. Он приучает к тесноте и шуму, усталости и раздражительности. Он притупляет чувство брезгливости и учит находить радости в мелочах. Он оставляет на твоих устах иной язык, понятный лишь жителям подобных островов. Он ломает и забирает жизни, как когда-то уничтожил жизнь поэта Юрия Галанского и не так давно пытался погубить анархиста Илью Романова. На его счету уже сотни, а может, тысячи жертв, ведь он, кажется, и создан именно для этого. Он постоянно следит за тобой, как большой брат, и не переставая ищет в тебе слабые места, твои личные секреты и изъяны. Он хочет поглотить тебя полностью, разорвать твои надежды в клочья и выжить из тебя все силы, украсть блеск глаз, радость на лице и пламя сердца.

Находясь в окружении границ данного острова, нужно постараться не срастись с его замкнутостью, не стать его тенью. Может когда-то, у горизонта восходящего солнца мы увидим приближение несущихся по волнам перемен фрегатов Воли, ставших для нас спасением от лишения свободы на срок…

Лагерь – крест огромного распятья,
И на нем в холодный посверк слез
Взгроможден под хриплые проклятья
Человек — страдающий колосс.
И сегодня тем, кто хоть частицу
Совести и чести сохранил,
Очень часто боль слезит ресницы,
Очень часто не хватает сил…

(Валентин Сополов)

(Январь 2021 года)

Материалы по теме
Мнение
3 ноя 2021
Илья Шакурский
Илья Шакурский
«Мой маршрут». Записки из колонии строгого режима. Часть 1
Мнение
18 ноя 2020
Илья Шакурский
Илья Шакурский
Осужденный по делу «Сети»* Илья Шакурский: «Сколько таких Шакурских?»
Комментарии (0)
Мы решили временно отключить возможность комментариев на нашем сайте.
Стать блогером
Новое в блогах
Рубрики по теме
Пензенская областьДело «Сети»*
Заполняя эту форму, вы соглашаетесь с Политикой в отношении обработки персональных данных
ПРОДОЛЖАЯ ПОЛЬЗОВАТЬСЯ САЙТОМ,
ВЫ ПОДТВЕРЖДАЕТЕ, ЧТО ВАМ УЖЕ ИСПОЛНИЛОСЬ 18 ЛЕТ
ПРОДОЛЖАЯ ПОЛЬЗОВАТЬСЯ САЙТОМ, ВЫ ПОДТВЕРЖДАЕТЕ, ЧТО ВАМ УЖЕ ИСПОЛНИЛОСЬ 18 ЛЕТ
Нам нужна ваша поддержка
Мы хотим и дальше давать голос тем, кто прямо сейчас меняет свои города к лучшему: волонтерам, предпринимателям, активистам. Нас поддерживают благотворители и спонсоры, но гарантировать развитие и независимость могут только деньги читателей.
Ежемесячно
Разово
Сумма
100
200
500
1000
2000
Нажимая на кнопку «Поддержать» вы соглашаетесь с политикой конфиденциальности
Отправить сообщение об ошибке/опечатке
× Закрыть
Ваше сообщение было отправлено администратору. Спасибо за вашу внимательность!