23 февраля (8 марта по новому стилю) 1917 года в Петрограде началась массовая забастовка, которую принято считать началом революционных событий, приведших буквально через неделю к падению самодержавия.

Именно забастовка 23 февраля 1917 года – или 8 марта по Григорианскому календарю, вылившаяся в падение монархии, стала событием, от которого и произошел праздник 8 марта, официально установленный советскими властями в 1921 году.

В конце февраля антивоенные митинги стали стихийно перерастать в массовые стачки и демонстрации. 23 февраля остановили производство работницы ткацкой Торшиловской фабрики, снарядного завода «Старый Парвиайнен». Участники совместного митинга с Выборгской набережной направились в центр Петрограда. На Лесном проспекте они встретили трёхтысячную демонстрацию рабочих завода «Новый Парвиайнен» и вместе с ними по Литейному (Александровскому) мосту прошли в центр города. Прекратили работу заводы «Старый Лесснер», «Новый Лесснер», «Айваз», «Эриксон», «Русский Рено», «Розенкранц», «Феникс», «Промет» и др.

К вечеру 23 февраля на Невский проспект вышли рабочие Выборгской и Петроградской сторон (через Литейный проспект), Рождественского и Александро-Невского районов (со стороны Знаменской площади), Путиловского завода и Нарвского района (к Казанскому собору). Всего забастовало 128 тыс. человек. Колонны демонстрантов шли с лозунгами «Долой войну!», «Долой самодержавие!», «Хлеба!».
 
«Если будущие историки захотят узнать, кто начал русскую революцию, то им не следует создавать запутанной теории. Революцию начали голодные женщины и дети, требовавшие хлеба, – писал в своих дневниках социолог Питирим Сорокин о событиях февраля 1917 года. – Они начали с крушения трамвайных вагонов и погрома мелких магазинчиков. И только позже, вместе с рабочими и политиками, они стали стремиться к тому, чтобы разрушить мощное здание русского самодержавия».

«В Москве нет хлеба. То тут, то там происходят уличные вспышки. Сегодня на Калужской площади толпа разнесла разгромила две булочные. Полиция… действовала «холодным» оружием, то есть кулаками «по шее» и «по зубам»… Были случаи замерзания в очередях», – отмечала в дневнике писательница Рашель Хиль-Гольдовская 18 февраля 1917 года.

«Слыхал, что на Выборгской стороне забастовавшие рабочие с помощью баб перевернули трамвай, один трамвай зажгли и вообще останавливали трамваи» – свидетельствовал другой очевидец. «Женщины стояли в очереди за хлебом и были основными протестующими», – говорит историк Рошель Рутшильд из Гарвардского центра российских и евразийских исследований им. Дэвиса.

Лев Троцкий в своей «Истории русской революции» отмечал, что когда начались протесты, женщины действовали гораздо решительнее мужчин.

При этом день борьбы за права женщин в России был учрежден ещё в 1913 году, когда 2 марта в Санкт-Петербурге в здании Калашниковской хлебной биржи прошло «научное утро по женским вопросам», на котором обсуждалось равноправие женщин и мужчин, охрана материнства и другие вопросы.

В результате Февральской революции 1917 года российские женщины добились избирательного права – на год раньше, чем в Великобритании, и на три года раньше, чем в Соединенных Штатах – и стали образцом, на который равнялись британские и американские суфражистки.

Власти Российской Федерации совершенно не случайно сначала практически не заметили столетие главных политических событий 1917 года, а потом в министерстве образования возобладал подход, при котором события февраля и октября 1917 года были объявлены одной революцией.

Между тем февральская революция была восстанием общества против самодержавия и против войны, её требованиями были демократические свободы и права человека. А октябрьская революция – это большевистский переворот, целью которого был захват пошатнувшейся власти, установление диктатуры и уничтожение всех несогласных.

Оригинал