Почти случайно взялся читать биографию Наполеона, написанную знаменитым британским историком Эндрю Робертсом. Я плохо знал период наполеоновских войн, а что знал — скорее с точки зрения истории России (небо Аустерлица, скажи-ка дядя — ну вы поняли). Книга довольно объемная, сравнительно свежая (2014 год) и написана на основе десятков тысяч писем Наполеона, которые на момент написания труда, как я понимаю, были для исследователей относительно новым материалом.

Книгу сегодня интересно читать в том числе потому, что Робертс — прежде всего военный историк, он уделяет особое внимание военным действиям, начиная от перемещения подразделений по полю боя и заканчивая вопросами снабжения армии. Так как сегодня мы живем в контексте войны, это чтение неизбежно наводит на мысль, что war never changes, и российская война 2023 года в некоторых вещах может напоминать французскую войну 1799 или 1805 года. Скажем, возмущенное «Где снаряды?!» и сам Наполеон, будучи молодым артиллерийским офицером, мог бы адресовать своим шойгу и герасимовым. Что в революционной Франции, что в современной России, оказывается, командиры подразделений не только командуют войсками, но и массу усилий тратят на то, чтобы получить от руководства необходимые для войны ресурсы, в том числе боеприпасы и питание.

Еще одно очевидное сходство — нахальная пропагандистская ложь, к которой прибегали военные что тогда, что сейчас. Наполеон уделял пропаганде огромное внимание и после каждого сражения выпускал «бюллетени», которые печатались для войск и для французских обывателей. В них он неизменно преувеличивал потери противника и преуменьшал собственные, а иногда и вовсе приписывал себе победу там, где бой заканчивался «вничью» или даже поражением Наполеона (по подсчетам Робертса, Наполеон проиграл семь сражений из шестидесяти; будучи военным гением, он иногда допускал непростительные ошибки, а в морских делах не смыслил вовсе). Наполеон врал не только в публичных сообщениях, но и в письмах близким — например, Жозефине (вероятно, ожидая, что она распространит информацию как слух).

Безудержное ограбление территорий, по которым проходит армия (лишь иногда Наполеон старался пресечь это, по умолчанию же хищнический сбор трофеев был делом обычным). Наполеон занимался грабежом в государственном масштабе (наполняя французские музеи шедеврами) и в личном (наполняя собственный карман). Его офицеры и солдаты делали то же самое.

Есть, впрочем, и различия. Помимо технических и организационных, самое заметное — личное участие первых лиц в войне. Наполеон никогда не отсиживался в тылу, отличался исключительной личной смелостью, рядом с ними много раз убивало сопровождающих, под ним убивали лошадей, его едва не захватывали в плен, многие его маршалы погибли, часто ужасной смертью. Офицеры буквально умоляли его уйти с передовой и поменьше рисковать. Возможно, поэтому французские и союзнические солдаты, несмотря на все тягости войны, много лет шли за своим полководцем, видя, что он не щадит и себя. Сравните с сегодняшними российскими «завоевателями», для которых приблизиться на 300-400 км к линии фронта — уже подвиг.

Примечательно, что несмотря на военный гений Наполеона, его исключительную популярность и любовь французов той эпохи к славе, к 1814 году бесконечные войны так достали подданных императора, что они без боя сдавались союзникам целыми армейскими корпусами и городами. Так что даже выдающиеся полководцы в конце концов утомляют граждан. А наши-то совсем не выдающиеся.

Оригинал