Под конец года очень весело слушать заливистые рассказы о том, как российская экономика стойко пережила беспрецедентные санкции и крепко стоит на ногах: и инфляцию-то они контролируют, и рубль-то крепкий и безработица рекордно низкая. Все это, конечно, профанация, и для того чтобы это понимать, не нужно быть каким-то либералом-злопыхателем: об этом говорят все, и это читается по бровям вроде как лояльной Набиуллиной, а еще лучше это считывается по ценам в магазине. Все стали жить хуже. Может быть, не настолько хуже, как того боялись, но хуже.

И самое сложное в этом то, что даже если пока лично в жизни какого-то отдельного человека все хорошо, он все равно не ведет себя так, как делал это в 2013 году. Да даже как в 2020-м не получается. Ну, например, у меня есть несколько знакомых, которые работают на предприятиях. Один сидел в оплачиваемом отпуске до конца весны, а потом его сократили: работы у него все еще новой нет. Другой сидит в неоплачиваемом отпуске с августа, и его кормят завтраками: искать новую работу страшновато (на этой был неплохой доход), поэтому пока он жует свою подушку безопасности и надеется, что все образуется. Третий работает, но сидит как на иголках, потому что где-то далеко большие дяди обсуждают продажу компании, в которой он работает, россиянам, а россияне не будут ни столько платить, ни обеспечивать нормы труда, если вообще сокращения не устроят. А четвертый сидит в Армении с сентября, потому что по его предприятию широкой сетью прошел военкомат и увлеченно раздавал всем повестки, ведь это очень удобно: на заводе так удачно собралось много молодых мужчин.

Трое моих знакомых продали машины. Один продал свою «красавицу» с концами, для него это была глубокая личная трагедия, потому что это был очень классный спорткар, который он любил всем сердцем, но живет он в Петербурге и в принципе может везде добираться на метро. Другие двое продали свои ниссаны и форды и купили что-то китайское. Почему? Потому что автозапчасти будут. Они даже денег на этом не выручили, просто смысла держать какую-то не китайскую иномарку нет.

 

Нам говорят про низкую инфляцию, но я заглядывала уже к нескольким своим знакомым на новогодние празднества, и ни на одном столе не было красной икры и красной рыбы. Нет, вареную картошку без масла никто не жует, но этот привычный образец роскоши, который каждое семейство стабильно добывало себе на новогодние традиционные застолья стал по стоимости сравним с полноценным новогодним подарком. Люди дешевле едят, дешевле пьют и строят себе дешевые планы. Из моих знакомых всего пара человек решили поехать куда-то на новогодние праздники, и то — на машине, и то — по России.

А еще сейчас Новый год, а значит, время для одной из любимых корпоративных традиций: премий и так называемых тринадцатых зарплат, которых в этом году тоже нет. Может, где-нибудь они и остались, но из людей, которых я знаю, работающих в компаниях, где они подразумеваются, в этом году без бонусов остались почти все, а кому-то выплатили вежливые премии в 5–10 тысяч рублей, чтобы не совсем грустили.

И это все резко контрастирует с мартом, когда вокруг царил какой-то небывалый энтузиазм и из каждого угла слышались разговоры, как хорошо мы сейчас заживем и как санкции-то никому не помеха. Да, конечно, рядом с этим энтузиазмом была и вполне бытовая паника: люди опять бросились сметать туалетную бумагу, прокладки и сахар. Сейчас уже и паника кончилась. Все просто массово приуныли и подтянули пояса, как того и хотело правительство.

А самое главное, что ни у кого нет никаких планов на 2023 год. Ну сейчас же самое время строить какие-нибудь планы, а планов не завезли. Все задумчиво жмут плечами и говорят: поглядим. Кому как, но мне это не кажется показателем того, что с экономикой все нормально.