На прошлой неделе в Свердловской области произошла ужасная история: мама хотела продать своего 7-летнего сына. Новость вызвала шквал негодования в соцсетях и непонимания, как такое вообще могло произойти в современном мире. Ужас вызывает и подоплека: в СМИ указывают разные причины продажи, но все они сводятся к деньгам и их недостатку. По одной версии продать ребенка настоял новый муж женщины, которому не нравился ребенок от другого брака. По другой версии на женщину давили родственники из Киргизии, которые просили ее закрыть их долги. Но в обеих версиях, женщина безропотно повинуется тому, что ей говорят делать другие мужчины. 

Вызывает вопросы тот факт, что женщина как мама не задумалась о последствиях такого шага для ребенка: мальчика могли продать на органы, он мог попасть в руки садистов, его могли отдать в сексуальное рабство. Получается, сиюминутная выгода от действия превалировала над всеми последствиями. Мама даже не думала, как она будет дальше жить с этим. Подобное отсутствие мыслей о ближайшем будущем - один из маркеров посттравматического синдрома. Он говорит о том, что люди с ПТСР не видят свою жизнь и себя в будущем на два и более месяца вперед. То есть выгода, которую женщина получила бы в ближайшее время, успокаивала ее при принятии такого решения. Здесь можно предположить, что, скорее всего, в детстве женщина подвергалась различным формам обесценивания, унижения, психологического давления, насилия. И, судя по всему, ее воспитали в традициях беспрекословного послушания: что ей говорят родные и близкие люди, члены семьи, а особенно мужчины, то она и делает.

Здесь можно говорить и о явлении двойной стигматизации. Стигма в переводе с греческого означает «клеймо» - ярлык, который навешивается на человека в связи с некими событиями или с тем, каким он является (так, на пострадавших от домашнего насилия часто навешивают ярлык «сама виновата»). Если девочка росла в семье, где били и ломали волю, то, возможно, она часто слышала в свой адрес: сама во всем виновата, сама всех провоцирует. Возможно к ней применяли и другие методы психологического давления - «Что ты жертву из себя строишь». Когда уже сформировавшаяся женщина живет с такой внутренней стигматизацией, то она постоянно испытывает внутренний конфликт. Подобные установки травмируют человека, и он, пытаясь справится с давлением поиска решения, может решиться на преступление. Часто такие женщины совершают преступления и в отношении своих агрессоров, причиняют им вред, чтобы они наконец-то отстали. 

Вторая волна стигматизации уже началась в адрес женщины - все осуждают ее решение, не разбираясь в причинах. Конечно, никакие причины не оправдывают ее поступок. Я согласна с тем, что ее действия - это преступление против самого родного человека - своего ребенка. Но подобный шквал критики со стороны общества дает людям некое успокоение: женщину обвинили, ее накажут, тема закрыта, можно жить дальше. При этом никто не разбирается, почему же все-таки такое происходит? Поэтому, к сожалению, пока новости лишь пестрят заголовками о том, как мамы причиняют вред своим детям, выбрасывают их в лесу, оставляют в компании незнакомых людей, не кормят, не лечат, приводят в дом опасных людей и, наконец, продают их… 

Но если ограничиться схемой "обвинили - наказали", а при этом не разбираться в причинах возникновения таких действий, то не будет возможности профилактировать подобные случаи в будущем. Проблема подобных резонансных историй и в том, что они могут подтолкнуть некоторых людей на продажу своих детей. На такую мысль меня натолкнули некоторые комментарии, где обитатели соцсетей писали: «Почему она продает мальчика всего за 300 тысяч рублей? Даже органы стоят дороже». То есть комментаторы всерьез обсуждали тему стоимости сделки. Поэтому, на мой взгляд, журналисты, работая над подобными темами, могут проконсультироваться с экспертами, которые должны подробно описывать причины преступления и предлагать рекомендации, что нам, обществу, делать, чтобы не допускать подобное в будущем. 

Пока идет следствие, информации о самом преступлении мало, и мы до сих пор не знаем, что на самом деле двигало мамой, которая решилась продать родного ребенка. Сейчас она будет изолировала от своих детей, но нет никаких гарантий, что папа не приведет в дом другую женщину. И совсем не факт, что «новая мама» будет заботиться о детях от предыдущего брака. Дефицит материнского института в современности - это реальность. Многие считают что материнский инстинкт включается автоматически, но это не так. И наше невнимание к теме развития материнства может привести к тому, что таких историй будет больше. Завершу размышление хорошей поговоркой: «Счастливый малыш бывает у счастливой мамы». Если мама может позаботиться  о самой себе, то она может позаботиться и о ребенке. А развитие родительских компетенций, заботы ребенке, понимание его потребностей может стать одним их важных направлений профилактики подобных случаев.