Моя Ба Лена была женщиной простой, деревенской. Из всех разносолов любила черный хлеб в разных комбинациях. Хлеб с маслом и с порезанным на слои яйцом.

Да просто любила обмокнуть хлебную горбушку с магазина только-только в ароматное нерафинированное подсолнечное масло и присыпать сверху "солем", как она говорила. Управления и роды русского языка она так и не укротила, хоть с 20 лет жила в городе и говорила по-русски, но свою вепсскость перевезла с собой. Потому что, как известно, можно вывезти девушку из вепсской деревни. Но вепсскую деревню из девушки не вывезешь никогда.

Но самое простое блюдо, оставшееся за гранью моего кулинарного понимания, - это лук пАймеш (как шутит моя тетя Аля - не пАймешь что). Видимо, этимология у этого названия вепсская или финно-угорская. А поскольку я не знаю ни одного коренного языка, то так и воспринимаю название блюда, как шутку тети Али.

А выглядело это так: бабушка наливала в блюдце воды, в него добавляла одну треть растительного масла, а в эту радужную жижу крошила зеленый лук. И когда месиво было готово, она отрезала дымящийся ржаной хлеб, только что из магазина, макала его в блюдце и, томно закатывая глаза, всасывала этот вепсский арома-взрыв, причмокивая и прищелкивая вставной челюстью. Зубы бабушка потеряла во время войны от цинги.

Этот лук пАймеш (или пАймыш) для меня остается символом правильного питания, простого, очищенного от разных эмульгаторов излишней цивилизации, с исходным вкусом и запахом. Как, собственно, была и бабушка. Оригинальная, во всем объемном смысле этого понятия, со своим исходным запахом, без усилителей вкуса и красителей. Сочная, простая и понятная.

Оригинал