Продолжительное мартовское потепление (уже в который раз!) сменились морозами, покрывшими скользкой ледяной коркой не только городские тротуары, но и лесные тропинки Центрального парка и недавно оттаявшие склоны Ботанической балки. Но если на городских улицах коммунальные службы, хотя бы местами, пытались с этой проблемой бороться, посыпая соленым песком ледяные надолбы, то в лесу сделать это было просто некому. Так что передвигаться по лесным тропам и днищу балок приходилось с немалой осторожностью.

В один из выходных дней начала марта я осторожно продвигаюсь по лесной тропе, считая количество попадавшихся птиц. В одном месте я задержался, оказавшись посреди большой стаи синиц, целенаправленно двигавшейся прямо через густой кустарник в сторону, противоположную от города. Впереди за густыми кустами терновника тропинка делала крутой поворот. Я еще не дошел до него, когда до моего слуха донесся явный человеческий стон, что заставило невольно ускорить шаг.

Вывернув из-за поворота, вижу картину, явно не лишенную драматизма. Прямо на обледенелой тропе лежал навзничь молодой парень в форме «зеленого доставщика». Рядом валялся велосипед и открывшийся ранец, из которого частью высыпались какие-то продукты, завернутые в оберточную бумагу. Парень лежал навзничь, держась за голову, и громко стонал. Доставщики продуктов на дом уже давно стали привычной частью городского пейзажа, но что он делает здесь — на дне балки в довольно глухом месте явно вдали от потенциальных заказчиков? Но рассуждать было некогда!

Я помог страдальцу подняться и собрать высыпавшиеся из ранца продукты. Убедившись, что серьезных травм у парня нет и он вполне способен самостоятельно передвигаться дальше, я не удержался от вопроса:

- Простите меня, юноша, но как вы оказались здесь, в лесу, на явно неподходящем для такого времени и места транспорте и в явно неподходящей экипировке?

Парень ответил на сразу. Придерживая руками велосипед, он достал из кармана смартфон.

- Мне нужно на Ломоносова. Я поехал по навигатору, и вот… - Он погладил ушибленное колено. - А теперь мне нужно туда.

Взгляд доставщика устремился в сторону Ястребиной балки, где мы когда-то с Леонидом Леонидовичем Семаго, нашим замечательным воронежским писателем-натуралистом, снимали фильм «Птичьи дети». Это была самая глухая часть леса, где не то что на велосипеде, но и пешком продвигаться трудно в любое время года.

- Не вздумайте! — во мне заговорил педагог, и я невольно повысил голос. - Вы там шею себе свернете! Лучше поднимайтесь вверх прямо по этой тропе. - Я указал в сторону, перпендикулярную по направлению к той, куда собирался отправиться горепервопроходец - Увидите поле и дальше следуйте вдоль лесополосы. Достигнете улицы, там и включайте свой «гаджет». А то он вас доведет до больничной койки!

Доставщик посмотрел на меня с явным недоверием. В нем, очевидно, боролись интернет-зависимость и желание последовать (это до него, очевидно, медленно, но все-таки доходило) разумному совету и побыстрей выбраться из этого явно негостеприимного места.

Минутой спустя парень уже следовал вверх по склону, держа велосипед в поводу. Но при этом он все же не выпускал из рук смартфона и бросал настороженные взгляды в ту сторону, куда показывал навигатор и куда ему идти явно не стоило. Я проследил за ним, пока он не скрылся за гребнем балки. Затем мысленно пожелал ему благополучно (и без новых травм) доставить заказ по адресу и пошел своей дорогой.

Оригинал