С Ириной Славиной мы познакомились на семинаре Школы несколько лет назад. Она запомнилась тем, что совсем не вписывалась в формат.

Ее совсем не интересовал глобальный мир или опыт других стран. На каждой сессии она вставала и практически кричала: а у нас в Нижнем Новгороде... и дальше следовал один из рассказов про нарушение прав.

На круглом столе, объявленным off the record, она и вовсе включила с него прямую трансляцию в соцсети. Ведь свобода слова превыше всего и никаких тайн быть не должно!

Спустя время, познакомившись с активизмом ближе, я, конечно, иначе смотрю на подобное поведение. Активист неизбежно становится воином, поскольку условия его жизни действительно близки к военным. И часто он один на один со всем этим беспределом и в одиночку противостоит целой государственной системе. Так что я без какого-либо осуждения вспоминаю ее "выходки", говорящие не столько о ней, сколько о количестве нанесенных ей травм Российской Федерацией.

В своей предсмертной записке Ирина так и написала: "В моей смерти прошу винить Российскую Федерацию."

Но невозможно не задуматься, что же она вкладывала в эти слова?

То, что лежит на поверхности — конечно же, систему, всех этих следователей, прокуроров, судей и полицейских, составляющих на нее бесконечные протоколы.

Однако включает ли ее "Российская Федерация" в себя и общество тоже?

Правда в том, что ежедневно в нашей стране кого-то штрафуют, арестовывают, лишают свободы, а иногда и жизни тоже. И у общества выработалась какая-то привычка к этому что ли...

Выписали штраф за пикет? - хорошо, что не лишили свободы. Арестовали на несколько суток? - но не на несколько лет, и славно. Пришли с обыском? - обычное дело. Скоро будет два года, как Настя Шевченко находится под домашним арестом! - но не в тюрьме же. Ну и т. д.

Я не снимаю ответственности с государства — прежде всего, конечно, оно — инициатор насилия. Но факт в том, что Ирина Славина, чтобы оплатить свои бесконечные штрафы вязала шарфы. И даже на самые громкие и вопиющие процессы политзаключенных в нашей стране ходят максимум несколько сотен людей, и это в Москве.

Нельзя с таким спокойствием относиться к происходящему.

Сейчас многие говорят о том, чтобы сделать как-то так, чтобы жесточайшая кончина Ирины Славиной была не зря. Я не верю, что в существующей системе будет заведено уголовное дело о доведении до самоубийства, и силовики ответят за это.

Но то, что зависит только от нас и не подчинено никакой системе — наша реакция, наша эмпатия и поддержка друг друга в этих обстоятельствах.

И хотелось бы, чтобы ее смерть не просто прошла новостью дня, а открыла бы нам глаза. И мы увидели бы сотни людей, находящихся в таком же ужасном и затравленном положении и поддержали бы их. Потому что никто не должен оставаться один на один с системой.

Вечная память!

Оригинал