Да, вам не показалось.

Это я написала. А я не безгрешна. И до 18 лет ложила и не собиралась останавливаться. Потому что в моем окружении не было тех, кто клал.
Ложили все. В семье, в школе, во дворе. Ложат и сейчас. Я же сдуру поступила в Литинститут.

В 1989 году был взрыв графомании в стране, и все ломанулись поступать в Лит на поэзию. На отделение поэзии пришло 8 тыс. заявок. Отобрали 12 человек. Может, если бы я написала это стихотворение чуть раньше и прислала бы его на конкурс, хер бы я прошла в те 12 счастливчиков. Но факт остается фактом, я, провинциальная полуграмотная поэтесса, практически как Есенин в валенках, приехала покорять Москву со своим лексическим набором деревенщины.

Система в Лите была такая: по вторникам у нас не было лекций, был разбор стихов. Мэтры, которые набирали себе группу — у нас это были Олеся Николаева и Владимир Костров, — поочередно назначали, чьи стихи будем разбирать, выбирали двух оппонентов и мочили все друг друга по очереди. Неслучайно у подъезда Дома Герцена на Тверском, 25, где находится институт, частенько дежурила скорая. Не все переносили критику, некоторых увозили с обмороками.

Когда пришел мой черед, я напечатала на машинке свои 15 свеженастроченных стихов, один из которых пафосно заканчивался строкой «И сердца не ложи на меч».
Я не помню, кто были мои оппоненты, но разнесли они меня в пух и прах, а вишенкой на торте было это пафосное «ложи».
- Вообще-то в русском языке есть слово «класть», - высокомерно подытожил один из оппонентов мой разбор.

И все понимающе закивали.

В смысле — класть? Класть, накласть, покласть - что за неблагозвучие. То ли дело – ложить.
Ушла я в общагу непонятой, разбитой, переосмысляющей свой вклад в мировую поэзию. Если уж мое самое торжественное стихотворение разнесли, то что им вообще надо, что они понимают в стихах.

Помню, после семинара ко мне подошли и окружили тесным кольцом девочки из каракалпакского перевода, стали утешать и уверять, что фраза «И сердце не ложи на меч» еще войдет в сокровищницу мировой литературы, а эти московские снобы ничего не понимают в стихах.

Сегодня у меня было приятное интеллектуальное утро с подругой Ленкой Фоминой. Нет большего оргазма, чем интеллектуальный перепих словами поутру. Я получила огромный кайф, а поскольку Ленка тоже училась в Москве, в МГУ, то у нас совпали эти переживания по входу провинции в интеллектуальное сообщество. Мы сочно посмеялись и поделились факапами. И тут я вспомнила про то, как ложила сердце на меч.

За годы работы журналистом моя грамотность выровнялась, я приобрела лексическую и орфографическую чуйку, не позволяющую делать ошибки даже в спешке. Но я никогда не относилась свысока к тем, кто пишет с ошибками. Потому что у каждого своя судьба, свои разборки с лексикой. И мои наблюдения показали, что чем больше человек фыркает по поводу безграмотности других, тем чаще попадается в собственные ловушки.

Граммар-наци – это не про грамотность на самом деле, а про дискриминацию другого человека. Просто инструмент избран лингвистический. Такая потребность есть у человека – унизить другого, а каким способом – неважно.

Один близкий мужчина все время подлавливал меня на незнании каких-то новомодных терминов – и не упускал возможности вставить: «Вы, журналисты, такие безграмотные», но сам говорил: «Мое день рождение». И это было для меня лучшей быстрой кармой и возвратом урока грамотности в гораздо более унизительной форме, потому что я еще приправляла свою месть незлым тихим матом.

Я знаю много людей, пишущих с ошибками, у которых отменная стилистика, офигенное чувство юмора, глубокий философский слой в текстах. И я только восхищаюсь ошибками таких самородков и, конечно же, не читаю нотаций и не переучиваю. Половина моих знакомых не видит разницы между «одеть» и «надеть» – и поправляю я только тех, кто работает в публичной сфере, чтобы эта ошибка не позволила опозориться на публике. Остальные же говорят как говорят. Язык по большей части — инструмент коммуникации. Да, по лексике ты частенько определяешь – свой человек или нет. И порой совпадение в словах приводит к прекрасному чувству узнавания, будто встретил братана или сеструху по разуму.

Но мне кажется, что не надо делать из грамотности культа. Каждый сам выбирает способ взаимодействия с миром. Для кого-то это складное звучание грамотной речи, а кто-то улыбнется - и весь мир у его ног.

В общем, я против презрения безграмотных. Ложили и ложить будут.

И если тебя это раздражает, то в тебе что-то не так. Не стоит ложить словарь Ожегова по центру своего мировоззрения. Есть вещи поважнее орфографии.

Оригинал