Команда адвокатов Котова (точнее, часть команды) приедет в Мосгорсуд к 10:00. Процесс будет не в основном, а в апелляционном корпусе - там, где обычно (кто проходил этот путь, то знает) рассматривают апелляции на административки. Что это значит? Да все что угодно.

Будет ли доставлен Костя? Будет ли он присутствовать по видеоконференцсвязи из СИЗО? Будет ли рассмотрение дела по существу?

Слишком много вопросов и мало информации. Но когда есть четкая позиция, которая не меняется с самого начала, то это не так важно. Что бы ни происходило, мы, адвокаты Кости Котова, будем бороться до последнего за оправдание нашего доверителя.

Итак, 14 апреля мы приедем в Мосгорсуд, чтобы заявить:

1. Мы требуем немедленного освобождения Кости, изменения ему меры пресечения на не связанную с содержанием под стражей. Нет, мы не просим о домашнем аресте, о чем почему-то спрашивают многие журналисты. Потому что и для домашнего ареста нет никаких законных оснований, как их нет и для стражи: Костя имеет жилье в собственности в Москве и прописан в нем, он женат, заботится о родителях, которым, особенно в связи со сложившейся эпидемиологической обстановкой, нужна как никогда его поддержка, он был трудоустроен до ареста и будет сразу после освобождения, он ранее не был судим, а сейчас обвиняется в ненасильственном преступлении средней тяжести, да и его он с учетом позиции КС не совершал. А тут еще и пандемия коронавируса: очевидно, что нахождение в условиях изолятора не предполагает возможности самоизоляции. Мы требуем немедленного освобождения Кости.

2. Мы считаем, что рассмотрение дела по существу невозможно в условиях пандемии. Мы не можем рисковать здоровьем свидетелей и специалиста, а их допрос обязателен, поскольку кассационный суд напрямую указал на нарушение права подсудимого на справедливое судебное разбирательство отказом допросить свидетелей со стороны защиты. Сегодня мы не можем рисковать и позвать в суд людей, среди которых многие на карантине, есть пожилые люди и люди с хроническими болезнями. Мы также убеждены, что дело Котова, как имеющее огромный общественный резонанс, должно рассматриваться публично, в присутствии прессы и слушателей, что невозможно в условиях карантина. Таким образом, мы считаем, что сам процесс должен быть отложен.

Мы приедем с личными поручительствами (нотариально заверенными, поскольку невозможно обеспечить личное присутствие поручителей из-за карантина) от прекрасных людей (кто они - расскажем завтра). С гарантийным письмом от генерального директора компании, в которой работал Костя, о том, что его готовы взять обратно на работу, как только он окажется на свободе (дай Бог всем таких работодателей).

Мы приедем, чтобы принять участие в очередном раунде борьбы за невиновного человека. Чем бы он ни закончился, нас в любом случае ждет победа в конце. Нам вас будет завтра очень не хватать, но мы очень просим вас оставаться дома.

UPD

  • Съемку ведет пресс-служба. Она предоставит ее всем каналам. 
  • Рассказывают, что проведена дезинфекция. Соблюдена дистанция.
  • Суд решил слушать по существу, мы требуем изменить меру. Прокурор против.
  • Мы приобщили поручительства Звягинцева, Ауг, Улицкой, Долина, отца Уминского, глав муниципальных округов Гагаринский, Тверской, Якиманка. Все материалы приняты судом. "Не надо перечислять [фильмы Звягинцева]. Мы знаем людей искусства". Вопрос меры суд не рассматривает. Только вместе с делом, повторяет судья свою позицию. На наши возражения замечает, что суд не может неправильно что-то трактовать. Смотрю на портрет Плевако на стене передо мной. Вспоминаю печенегов и половцев.
  • Костя присутствует по видеоконференцсвязи. Мы видим его с двух экранов. Вдруг со страшным скрипом открывается решетка и в клетку заводят бородатого мужика. Мужик садится рядом с Костей. Адвокаты переглядываются. Вот вам и социальное дистанцирование в СИЗО.
    - Вы кто? - спрашивает судья
    - Мусаев, - отвечает мужик.
    - Что у вас?
    - 126-я.
    Теперь с нами Мусаев. А мы ходатайствуем о повторном исследовании видео и повторном допросе полицейских. Суд отказывает. Мусаев слушает.
  • Потрясающе, из материалов дела исчезла наша флешка с записью от 10 августа 2019 года у памятника Плевны.

UPD 2

Отложили на 16 апреля на 10 утра. Дали время на вызов свидетелей. Фактически, поставив нас перед нелегким моральным выбором: в разгар пандемии коронавируса выдергивать людей из самоизоляции, рискуя их здоровьем, ради спасения человека из тюрьмы.

Наши доводы об отложении процесса до окончания пандемии, чтобы свидетели могли прийти ничем не рискуя, тут игнорируют. "Выпишем им повестки".

Да, коронавирус испугается повестки.

Костю выключили, Мусаев исчез из телевизора еще раньше, тихо как-то, никто и не заметил как. Общаемся, стоим. Готовимся выйти/

Огромный красивый зал. Люстры, портреты. Рядом с портретом Плевако на стене напротив висит портрет Д. А. Ровинского, и под ним цитата: "Быть прежде всего людьми? а не чиновниками, служить делу, а не лицам, опираться на закон? но объясняя разумно, с целью сделать добро и принести пользу, и домогаться одной награды - доброго мнения общества".