Смотрю, я что-то много желающих стало высказаться критично в адрес Николая Аракчеева. Причем мало кто публично, а так анонимно и без фактов и доказательств. Одни суждения. Но я сейчас хочу сказать не об этом. А поговорить о тенденции, которая УВЫ в Марий Эл показывает, что каждый из нас с Вами может оказаться в ситуации социальной исключенности.

Посмотрите как все у нас работает в Марий Эл? Как только человек теряет социальную инстуциональную устойчивость, так вся его жизнь, социальные контакты начинаются сыпаться как карточный домик.

Ситуация с Николаем Свистуновым, в процессе конфликта с Маркеловым (в то время Президент Марий Эл). Как только Николая исключили из СПС, так сразу же арестовали. Получается, как только власть в Марий Эл увидела отсутствие поддержки Москвы, так сразу начала включать свою репрессивную машину. Аналогичная ситуация также видна и с политиками или представителями органов власти. Начало процесса социальной исключенности позволяет включать процесс лигитимизации репрессивных действий.

Можно и других активистов в Марий Эл тут назвать, но давайте ближе к ситуации с Николаем.

Как только люди из Москвы приехавшие в июне 2018 года, показали местным властям, что в принципе за Аракчеева и его детище Народный музей ГУЛАГ биться никто не собирается, так сразу Николай получил административный штраф. Сначала один (якобы копал не там и не то). Затем второе дело, уже за привлечение иностранных граждан к трудовой деятельности. И теперь третье дело.

И самое интересное, что в этом момент не только представители власти начинают применять произвольно закон, но и так скажем оппоненты, которые до определенного времени даже и думать не думали о высказывании против. Людям и властям уже не важно и не интересно смотреть, почему раньше претензий не было, почему государство раньше не реагировало на нарушения, важно поддержать тренд властей и показать свое превосходство.

И каждый раз не получается преодолеть гражданскому активизму в Марий Эл ситуацию социальной исключенности в отношении людей, которые стали в какой-то момент неугодны государству. Вместо того чтобы показать, что сообщество не позволит социальной исключенности того на кого власть плохо дышит, большинство соглашается и говорит о маргинальности. В ситуации с Маркеловым все маркеры идентичны, как только приобрел социальную исключенность «в своей» группе, так попал в жернова системы.

Что показывает происходящее нам с вами в Марий Эл? О чем должны думать гражданские активисты реализуя свои инициативы, которые зачастую властью воспринимаются как враждебные?

Гражданские активисты должны начать думать о солидарности своей активности с другими активистами. Необходимо показать своими действиями, своим голосом, своим поступком, что вы не соглашаетесь допустить социальной исключенности ваших знакомых. Да, так получилось, что гражданский активист может быть вам не приятен, он может нелепо выглядеть, может не разделять ваших взглядов, а иногда даже иметь другие ценностные установки. Но для того чтобы посмотреть на ситуацию отстраненно, нужно увидеть и задуматься, что гражданскому активисту не все равно в какой Республике, ему, его близким людям, друзьям и коллегам жить, по каким улицам ходить, каким город, его дом должен быть.

Поверьте, перед тем как принять решение о начале действий репрессивного механизма, руководители правоохранительных органов, чиновники, анализируют, прогнозируют и потом принимают решения.

И сегодня в таких небольших регионах, как Марий Эл солидарность между гражданскими активистами, неправительственными организациями, неравнодушными людьми может сделать многое, а иногда даже спасти человеку жизнь.

Знаю, что сейчас начнется дискуссия, о том, что почему не помогаете этим людям, а помогаете другим и так далее. Оказание помощи или сервиса безусловно может рассматриваться как солидарная помощь, но она должна быть обоюдной. Одна сторона готова ее принять, а вторая готова ее оказать. Солидарные действия должны дополнять и усиливать потенциал друг друга.

И в завершении, не могут стечение обстоятельств складываться таким образом, когда к человеку не было никаких претензий со стороны органов власти длительное время и потом сразу идет череда нарушений друг за другом. И да, как бы я не относился к поступкам Николай Александровича, я считаю, что он человек не равнодушный, действительно болеющий за свое дело, и понимающий все происходящее с ним и ему именно сейчас необходима наша с вами поддержка. Сегодня настало такое время, что гражданским активистам  в Марий Эл пора начать думать над своими стратегиями работы по консолидации усилий и солидарности.