Сегодня ушел из жизни Николай Герасимов. Один из самых добрых и отзывчивых людей, которых я знал. Его дом всегда был открыт для друзей, какую бы должность он ни занимал (в последние годы он был вице-премьером Коми). Большой друг для многих-многих воркутинцев и сыктывкарцев. 

 

Комната для «молодняка»

Мы познакомились с Николаем Николаевичем в Воркуте. Тогда он возглавлял одну из главных геологических компаний на севере России «Поляруралгеологию». Поступив в университет, я и мои друзья хотели как-то менять город, делать что-то для молодежи. Мы стали делать первые шаги. Тогда нас заметили в творческой тусовке города и предложили помощь. Мы много времени проводили в квартире начальника управления культуры Воркуты. Это был неофициальный центр творческой жизни города. Туда приходили артисты местного театра, художники, вокалисты, — одним словом, творческая интеллигенция. Туда же приходил и Герасимов.

Сначала в этой квартире у «молодняка», то есть у нас, была отдельная комната. Мы изредка заходили на кухню, где взрослые обсуждали взрослые темы. Но через года полтора, после многочисленных проектов, концертов, больших городских мероприятий ситуация изменилась. Нас стали звать на кухню и спрашивать наше мнение. И что самое удивительное — с нами говорили на равных. Тогда это удивляло меня очень сильно. Взрослые состоявшиеся люди хотели знать, что думаем мы. Николай Николаевич одним из первых показал нам, что к чужому мнению можно относиться уважительно, даже если ты не разделяешь его.

 

«Спер» памятник

Потом он переехал в Сыктывкар, стал министром промышленности. Туда же он перевел и большую часть сотрудников геологической службы. Он рассказывал, что иначе нельзя было выжить, геологии и геологов в Коми не осталось бы.

Я переехал заканчивать университет. Проезжая по Октябрьскому проспекту, я заметил недалеко от местного пивзавода новый памятник. Сначала я подумал, что мне показалось. Вышел на следующей остановке и вернулся к тому месту. Нет, не показалось. Это был памятник геологу, который раньше стоял в Воркуте. Примерно через месяц я спросил о ней у бывшего мэра Воркуты Игоря Шпектора. Он сказал, что Герасимов его «спер».

Офис геологической службы в Воркуте раньше находился в поселке Рудник — самый первый поселок, с которого началась застройка города. Его же одним из первых закрыли в городе: переселили всех людей, отключили коммунальные сети. Однажды Игорь Шпектор приехал туда по каким-то делам.

— Смотрю, а памятника нет. Кто-то его спер, просто увез. Стал узнавать, оказалось, это Герасимов распилил его на две части, арендовал вагон и увез. Но ведь он не получил никаких разрешений! — в шутку гневался Шпектор.

Николай Николаевич рассказал, что этот памятник для него и его коллег стал родным. Празднуя Новый год, сотрудники выходили на улицу и поднимали бокалы вместе с ним.

— Он стал для нас родным. Мы не могли его бросить, — рассказывал Герасимов.

— Николай все правильно сделал. Этот памятник никому не был нужен там на Руднике. Он его спас, – закончил свой рассказ Шпектор.

 

Кабинет с книгами

Потом Герасимов ушел из правительства. Тогда в Сыктывкар приехали наши общие друзья из Воркуты, и он позвал нас на ужин. В его доме было много фотографий покоренных гор. Он, кажется, побывал на всех континентах в горах и смог забраться на главные вершины мира. А еще там было много книг. Он как-то раз хотел показать какую-то из них и позвал нас в свой кабинет.

В кабинете везде были стеллажи, от пола до потолка заставленные книгами. Книги стояли в стопке и на полу. 

— Единственное место, где нет полки, — над дверью. Я как раз заказал полку. Как ее сделают, поставлю эти книги с пола туда. 

Он привозил книги практически с каждой поездки. А еще помогал издавать их — друзьям-поэтам, историкам, изучавшим Север, друзьям-геологам. 

Напоследок прозвучала смешная история про перевоз этой самой библиотеки. Коробки с книгами в Воркуте грузили четыре человека —сам Николай Николаевич и трое его друзей. В какой-то момент кто-то из них остановился и сказал, что любой из них мог бы заплатить грузчикам или попросить коллег, и туда пришло 150 человек. Но им важно было всем вместе разделить этот момент. Как будто в последний раз перед долгой разлукой побыть вместе.

 

Теплые слова

Последний раз мы сидели за одним столом в Великом Новгороде. Тот самый начальник управления культуры из Воркуты, лет 10 назад переехавший в Новгород, праздновал юбилей. К нему приехало человек 60. Театральный капустник длился три часа. И если выступление Шпектора на нем было самым эффектным, то поздравление Николая Николаевича и его супруги было самым душевным. 

Много тепла, много добрых слов, много стихов. Новые друзья из Великого Новгорода тогда удивлялись — что это за друзья, которые меняют все свои планы и прилетают издалека, чтобы увидеть близких и разделить с ними счастливые минуты. 

 

Уходят лучшие

Эти два дня мы созванивались с друзьями из Воркуты и ждали хороших новостей о том, как прошла операция Герасимова. Когда стало понятно, что шансов практически нет, мама моей воркутинской подруги была убита:

— Понимаешь, из этого поколения уходят лучшие. Парень из деревни, сам себя сделал. Закончил МГУ, стал министром, когда понял, что надо уходить в бизнес, пошел и там добился успеха. И всегда всем помогал. 

Это самые точные слова о Николае Николаевиче. Помогал всем, если мог. И не терпел фальши. Жалею, что упустил время и не так многому у него научился, как хотел.