С 1936 года среди поселенцев стали ходить слухи, что мол существует такой закон, по которому поселенец, проявивший себя на поселении только с положительной стороны, освобождался от надзора по истечении 5 лет после раскулачивания.  

Тем более по статье 135 Конституции СССР, принятой 5 декабря 1936 года, все жители уравнивались в правах, снимались налагаемые ранее несудебные лишения. Однако из поселков все равно никого не отпускали.  

Ударников труда стали направлять на слеты в Троицко-Печорск. Не поймешь - то ли это была награда, то ли наказание.

Грязнова Е.А. "Осенью 1935 или 36 года Колтавскую Евдокию, Казьмину Анастасию и скотника Ивана Ивановича Попова (что пел очень хорошо) премировали, как лучших стахановцев, поездкой в Троицко-Печорск на слет. Повез их комендант (новый) Канев. Туда добрались на буксирном пароходе, а оттуда… Столько «хлебнули» наши ударники. Пошла «шуга» ледяная. Это был октябрь месяц. Ни какого транспорта. А ведь не близко, 180 км. Как они добирались? Спасибо коменданту. Где лодку наймет, а где между деревнями есть тропа, шли этими тропами. По-моему, в дороге они были недели две. А за это время папа сложил печку русскую, о чем мама всегда мечтала. Мы ему своими ручонками все помогали. И только истопили печь (она еще парила), вымыли полы и… мама заходит. Как увидела печь, сразу ее поцеловала, а потом и всех нас со слезами. Потом начала нас всех одаривать подарками. Нам с сестрой Валей по хлоп. бум. трикотажному костюмчику вишневого цвета, по шапочке. Это была такая для нас роскошь! Аркадию рубашку и юлу, папе рубашку и фуражку. А маме и т. Дуне подарили там по шерстяной шали, темная с крупными клетками. Она и сейчас выполняет у меня роль пледа (с 35 года)".  

В 1937 году в поселке стали отбирать наиболее грамотных и молодых поселенцев и направили в агрошколу, которая располагалась в бывшем Ульяновском монастыре. После нескольких месяцев подготовки они вернулись и стали агрономами.  

В 1938 году сельхозартель наконец преобразовали и дали ей устав колхоза. Неизвестно почему назван он был именем Карла Маркса.

Кулаков А.Е. "Колхоз выращивал все, вплоть до пшеницы. Не каждый год она вызревала. Рожь, ячмень, овес всегда созревали. Себя колхоз кормил полностью. Поставляли мясо и масло в другие районы. Была хорошая ферма. В Сой-ю свой маслозавод был. В Ичет-ди был колхоз имени Карла Маркса, очень большой, гремел на весь р-н. Картошку выращивал, капусту, морковь. Было два овощехранилища, можно было въехать на тройке. Очень большое".   

Культура в поселке и в каждом поселенце давно поделилась на две непременные части. Официальную, лицевую, которую насаждали с первого дня пребывания переселенцев на Печоре, и традиционную, прочно хранимую в умах переселенцев весь период существования тоталитарного режима, как духовное наследие праотцев.  

Насаждение официальной идеологии намечалась в документах еще до приезда переселенцев. Предполагалось сразу обеспечит поселки газетами и книгами советских изданий.  

Калачев С.Н. "Кино уже было в 1931 году, немое, передвижка. Показывали что-то о революции 1905 года. Комендант Пыстин Петр Петрович пилил потихоньку на гармошке и крутили фильм под это озвучание. Кто прочитал - успел, а кто нет - сидят смотрят. Федя Филиппов киномеханик зарядит, а надписи наоборот получились. Все шумят, а он: "Это не по нашенски написано". Ему перематывать лень было. Динамо крутили, и мне до окончания семилетки приходилось крутить. А потом с фронта пришел и уже звуковые фильмы были. Тоже кинопередвижки, но уже со звуком. Была электростанция на 1 киловатт".

Кулаков А.Е. "Клуб, по тем временам, у нас был хороший. Скамейки были с верху в низ. Сцена большая. Приезжали у нас самодеятельность с Троицка, с Москвы, с Сыктывкара. Кино звуковое привозили пароходом, ой тут радости-то сколько было. По несколько раз одно и тоже смотрим. Помню еще немое кино крутили, нас детей крутить заставляли, если ты две части открутишь, то бесплатно посмотришь. Просмотр 15 копеек стоил, а откуда деньги, то взять, вот сидишь и крутишь. Или под диван забьешься, чтоб ни кто не видел, и лежа смотришь, пока за шиворот не выкинули".  

Одним из первых зданий был клуб. Где проходили все собрания и вечера. Здесь же праздновались все официальные праздники.  

Не официальным были ежевечерние гуляния молодежи, каким бы ни был голод, все равно молодые ребята и девчата сходились летними вечерами на посиделки.  

Карнюшина Е.И. рассказывает, что гармони привезли с собой. Постоянно были певцы и гармонисты, на которых ходили смотреть и слушать. Самые яркие из них были в особом почете.

Кулаков А.Е. "Танцы были под гармошку. Мы в классе 6-7 учились, как лето, соберется народу, молодежи. Очень весело было. Песни всю ночь поют. Собирались в клубе. Пьянки не было ни какой. Не дрались".  

С высоты, на которой стоит поселок, далеко видна тайга и река Печора уходящая в даль. И вот над этой то далью и разносились русские песни в далеком коми севере.  

Калачев С.Н. "В 1931 году многие молодые мужики с гармошками приехали. Собираются где детский дом был позже на площадке молодые девушки, женщины, танцуют, частушки поют.  

Мы ехали по железке

Мы ехали по морям

Приехали в Куздибожи

На съеденье комарам.

Во так они пели, и тут зав клубом Мишоратин: "Нельзя", а врач - Жирнов, был в летах мужик: "Ты чего еще? Поют, пусть себе поют". В 3-х или в 4-х семьях гармошки были. Гармонисты: Маликов. А вот уже в 50-х, 60-х - Володя Вертиленко". Одним из самых известных гармонистов в первые годы существования поселка был спецпоселенец Маликов.

Грязнов Е.А. "…в нашем поселковом клубе выступали и взрослые, и дети. Особенно в дни красного календаря и в день отчетно-выборного колхозного собрания. Учителя ставили спектакли, были и свои юмористы, как-то Гуляев Петр Емельянович и Разуваем Андрей Иванович.

А как пели без всякого сопровождения русские народные и казачьи песни. Какие голоса!!!

Вот выходит на сцену худенький маленький старичок скотник, Попов Иван Иванович. Поднимает высоко свою жидкую рыжую бороду и чистейшим сильным тенором запевает: "Соловьем залетным юность пролетела..! Да как пел!!! Волосы дыбом поднимались! А потом его сменял густой сочный бас дяди Ефима Соколова: "Вдоль по Петерской..." Особенно всех трогал дуэт дяди Ефима и его дочери Раисы. Вот это дуэт..! "Посиял почеерочки близко над водой" и "Накинул плащ с гитарой под полой"...А потом пел хор доярок, свинарок, телятниц. А мы дети тоже не отставали от взрослых. Выступали с физкульт. пирамидами с частушками, которые сочиняли сами с одной из таких частушек вышел казус.  

Мы учились в шестом классе У нас Тоня Слухина - любительница сочинять частушки. И к празднику (не помню какому) она так написала:

"Сталин часто курит трубку,

А кисета, верно, нет.

Я сошью ему не память

Замечательный кисет".

А когда вышла на сцену, то так разволновалась, что пропела так: "Сталин часто трубит курку..." Все покатились со смеху. Она стоит со слезами на глазах и снова поет: "Сталин часто трубит курку..." Ее увели со сцены, а на следующий день в школу вызвали отца, чтобы уведомить его, что Тоньку исключают из пионеров за то, что она насмехалась "над нашим вождем товарищем Сталиным". Ну решили ее простить. Оставили в пионерах. Но частушки она уже больше не сочиняла.

Иванова Н.П. "По реке ходил агитпароход. Название кажется "Усть-Цильма". Как начиналась навигация он спускался в низ по реке. Весь в лозунгах. Для нас детворы это были дни праздника. Разрешалось облазать весь пароход. Показывали бесплатно кино, читали лекции. Артисты с парохода ставили в клубе спектакли".

Основным средством передвижения был пароход.

Иванова Н.П. "Основной транспорт летом в навигацию были пароходы. Ждали пароход кому нужно было сутками. Рассчитывали когда вернется, жгли костры так ждали".

Кулаков А.Е. "Первое время ходил один пароход "Социализм", он раньше назывался "Николай 1". С колесами, одноэтажный. Потом уже появились двухэтажные: "Тургенев".  

Кулаков Е.Н. "Мы часто бегали к пароходу, встречать, провожать. Смотришь где-то дымит, значит идет пароход и бежишь по камням, а он погудит и дальше пошел".

Еще очень приметным действом старой культуры было то, что время измеряли по православным праздникам, хотя праздновать оные запрещали.

Иванова Н.П. "В углу (в комнатах бараков висели) иконы. Потом иконы рисовал мой двоюродный брат Василий Дорофеев".

Клуб был не единственным местом где собиралась молодежь для проведения вечеров и танцев. Многие пользовались старым испытанным способом. Снимали у вдов дом для танцев.  

Кулаков А.Е. "Помню на 25-летие Республики Коми собрались молодежь, где был барак ударников пекарка жила Иванова, тетя Анисья. Вот у тети Анисьи и собирались. Песни пели, Глушко дядя Илья, как пел".  

Оригинал