На улице 2-й Курской есть много зданий примечательных и своим видом, и историей. Но лишь одно из них отмечено мемориальной доской. Это дом XIX века с кирпичным цокольным этажом и резным деревянным фасадом. Его современный адрес: 2-я Курская, №7. Надпись на мраморной доске на его фасаде гласит: «В этом доме родился заслуженный деятель искусств РСФСР художник Шестаков Виктор Алексеевич, 1898-1957». Человек этот был некогда известнейшим художником театра и кино.

Как и многие другие орловские знаменитости, Виктор Шестаков прославился, покинув пределы родного города и перебравшись в столицу. Однако увлечение его искусством и театром началось еще в Орле. Биографы художника пишут, что в годы обучения в орловской мужской гимназии Шестаков занимался в художественной студии Орловского общества любителей изящных искусств. В 1914-15 годах он был участником выставок этого общества. В год окончания гимназии (1917) он устроился на работу художником в театр «Комедия в Орле», а позднее работал и в Орловском драматическом театре. До начала 1920-х он успел побыть заведующим художественной секцией «Культпросвет» отдела политического просвещения Орловского окружного комиссариата. Там он познакомился с тогда еще никому неизвестной Зинаидой Райх, которая с 1918 года работала инспектором Наркомпроса и заведующей театрально-кинематографической секцией в том же комиссариате. Это знакомство сыграло важную роль в судьбе художника.

В 1921 году Райх стала студенткой Высших режиссёрских мастерских в Москве, где познакомилась со знаменитым режиссером Всеволодом Эмильевичем Мейерхольдом. Вскоре она стала его женой. А в 1922 году Мейерхольд пригласил давнего орловского знакомого своей молодой супруги, Виктора Шестакова, в качестве художника в только что созданный им театр Революции. Так началась его московская карьера. В содружестве с Мейерхольдом Шестаков работал до 1935 года. За эти годы им было создано множество оригинальных декораций к спектаклям в модном тогда стиле конструктивизма. Его работы отличались монументальной простотой, отсутствием сложных конструкций, активным введением пейзажа в театральную декорацию. Макеты декораций Шестакова принимали участие в знаменитой Парижской выставке в 1925 году и получили золотую медаль в разделе «театральное искусство». Нельзя также не отметить, что в период работы с Мейерхольдом, Виктор Алексеевич создал знаменитый графический портрет Зинаиды Райх в образе жены городничего из пьесы «Ревизор».

На рубеже 1920-30 годов Шестаков работал в кино не только в качестве художника, но также режиссера и сценариста. В конце 1930-х он сотрудничал с несколькими московскими театрами, в том числе с МХАТом. В Великую Отечественную войну под его руководством была организована мастерская из студентов Московского художественного института им. Сурикова, которая выпускала плакаты, листовки, карикатуры, агитационные лозунги. С 1946 по 1957 год Шестаков был главным художником театра имени Ленинского комсомола.

После смерти художника в 1957 году часть его наследия была передана вдовой Марией Бахрак в картинную галерею в Орле. В родной город художника поступили эскизы театральных декораций, пейзажи 

1930-50-х годов, несколько листов оригинальной графики 1920-40-х и макеты к спектаклям. Несколько лет спустя на доме на 2-й Курской, где Виктор Шестаков родился, была установлена мемориальная доска. Как ни странно, об этом здании в городе известно крайне мало. Так же мало интересует столичных биографов художника орловский период жизни и история его семьи. Нам же, современным жителям Орла, эта часть его биографии не менее интересна, чем последующая столичная слава художника.

Во всех биографиях Виктора Шестакова пишут, что его отец - карачевский мещанин, а мать - учительница. Судя по всему, его отец действительно был родом из уездного города Орловской губернии Карачева. Но на момент рождения сына Виктора с семьей уже постоянно проживал в Орле, в собственном доме. В начале ХХ века Алексей Алексеевич Шестаков был купцом и одним из успешных лесоторговцев Орла.

Рядом с домом на 2-й Курской располагалась большая Воздвиженская торговая площадь, где Алексей Шестаков имел в аренде большой склад. О масштабах его торговли можно составить представление по рекламному объявлению начала века: «Лесная торговля Шестакова». На рекламном плакате присутствуют две фотографии. Одна – огромного склада со сложенными под открытым небом бревнами и тесовыми досками. Другая – с красивым деревянным зданием конторы, арендованным, как явствует из текста, у другого купца – Чистякова. Согласно объявлению на складе имелись «всевозможные лесные и столярные материалы», продажа осуществлялась вагонами оптом и в розницу. Был на складе и телефон.

Увы, в наши дни от Воздвиженской площади не осталось и следа. Ныне на ее месте располагаются корпуса ОГУ, сквер с памятником Поликарпову и бывший кинотеатр «Родина». А там, где когда-то были склады Шестакова, здания университетских общежитий и небольшое офисное строение по адресу: Старо-Московская, №10.

Что же касается чудом уцелевшего дома на 2-й Курской, №7, то его купец, по всей видимости, приобретал уже готовым. Судя по виду, построено оно где-то в середине XIX столетия, а то и раньше. Об этом говорят его плоские наличники с причудливым орнаментом в декоре, в завитках которого угадываются не то змеи, не то драконы или морские коньки. Красноречиво свидетельствует о возрасте здания и до половины вросшая в землю парадная входная дверь. Ею давно уже никто не пользуется.

У дома есть несколько более поздних пристроек. Не исключено, что какие-то из них сделаны по заказу отца художника. Самая примечательная из пристроек - большая жилая часть из красного кирпича на заднем дворе здания. Своими размерами она почти равна основному дому.

В наши дни 2-я Курская, №7 – многоквартирный жилой дом. И надо отдать должное его жителям – по крайней мере, пока они поддерживают дом почти в идеальном состоянии. Целы еще и подлинные старинные оконные рамы, и даже резные столбы деревянных ворот. Не так давно была отремонтирована фасадная стена цокольного этажа. Из-под аккуратно удаленных слоев старой штукатурки показались прежде заложенные окна и хорошей сохранности кладка из красного кирпича. Здание стало еще краше, чем прежде. Пожелаем же ему и дальше оставаться таким.

Оригинал