Кто читал Оруэлла, ценит бритвенные станки и аромат кофе.

Утреннее бритье превращается в повод для размышления о тоталитаризме.

Человеческое достоинство, к примеру, напоминает пену для бритья. Оно смывается в секунды и оставляет после себя нелепое напоминание возле уха.

Достаточно пустяка, чтобы разрушить волю. Скажем, можно лишить человека возможности купить лезвие для бритвы, и вот это приобретение превратилось в цель существования.

Человек живет с единственной мыслью побриться по-человечески. Строятся самые фантастические и дерзкие планы по овладеванию новым лезвием.

Оскотиниваешься.

Над этим возвышается сиятельная харя государства. Гладко выбритого владельца всех лезвий мира.

Часто вспоминают, что государство в России — единственный европеец.

Если проехаться в подмосковной электричке, это становится вполне очевидно. Для того, чтобы быть европейцем, государству нужно лишь не испражняться в тамбуре.

Это на самом деле несложно. Любой бы смог.

Чем хуже живут люди, тем проще родиться единственному европейцу.

Вот кто-то оскотинился, а ты летишь в венскую оперу на уикэнд. Африканские диктаторы все больше ценители хорошей живописи.

Крупнейший европеец мира Ким Чен Ын.

 

Кирилл Мартынов