Справка Еврорадио: Аркадий Бабченко — российский военный журналист. Участник первой и второй чеченских войн. Был военным корреспондентом на войне в Южной Осетии в 2008 году. Создатель проекта "журналистика без посредников". Имеет ряд журналистских и литературных наград в том числе, премию Союза журналистов России "За мужество и профессионализм".

Еврорадио: В Донецке объявляют приговор украинской военной Надежде Савченко. Её освобождения требуют лидеры европейских стран, в ряде стран проходят акции протеста против суда над Савченко. Но может ли это давление каким-то образом повлиять на решение суда?

Аркадий Бабченко: Нужно понимать, что в России независимого суда нет — это не четвёртая власть, а инструмент политического давления. Приговор будет обвинительный и присудят большой срок, каких 15, 18 или 23 года. Но по большому счёту, какой будет срок, не имеет значения — здесь власти нужен обвинительный приговор. Всё будет решаться только после приговора. Может, её на санкции обменяют. Сколько времени это займёт, сказать трудно: может, несколько месяцев, а может, и несколько лет. Но вектор будет в эту сторону — на обмен.

Еврорадио: Зачем нужен обвинительный приговор, какова цель?

Аркадий Бабченко: Дело здесь не только в цели... Дело в том, что эта машина, которая закрутилась, не может останавливаться и поворачивать назад. Изначально всё задумывалось, как пропагандистское дело: поймали снайпершу-бандеровку, которая убивала русских людей. В России вообще легенды о снайпершах, которые убивают русских людей, ходят ещё с первой чеченской войны — это любимая тема. И вот хотели сделать из неё такую фашистскую снайпершу, но в итоге всё это провалилось и шум пошёл на весь мир. Если бы могли затормозить, вернуться и отмотать всё назад, то они бы это сделали. Но эта система не способна на такое в принципе. И поэтому она будет своей тупой прямотой давить до конца — других вариантов нет.

                                                    Надежда Савченко

Еврорадио: Иногда приходится слышать в адрес журналистов, что если бы они не поднимали шум вокруг конкретного судебного дела, то, возможно, и приговор был бы мягче. Шум вокруг Савченко помог ей или навредил, на ваш взгляд?

Аркадий Бабченко: Не знаю, как в Беларуси, но в России людей спасает только шумиха. И теперь эта известность будет Савченко только на пользу. Ведь если бы этой известности не было, то, возможно, она бы тихо в лагерь уехала, и всё. Понимаете, сейчас на ситуацию могут давить только мировые лидеры: Обама, Меркель, Пан Ги Мун, ООН — кто угодно. Больше никто другой на Владимира Путина, а решение принимает только этот человек, не сможет нажать. Поэтому, безусловно, шумиха нужна.

Еврорадио: А не будет здесь по принципу: "Вы хотите меня нагнуть? Так вот, я не нагнусь!"?

Аркадий Бабченко: Действительно, Владимир Владимирович не любит что-то делать под давлением и если на него давить, то он решение не принимает. Но в этом случае Путин — человек более рациональный и клинически. Для него имеет значение только цель и результат. И если для достижения этой цели предстоит освободить Савченко или "слить" Асада, он и Савченко освободить и Асада "сольют".

Еврорадио: Могли украинские власти что-то реально сделать для освобождения Савченко?

Аркадий Бабченко: По моим ощущениям, можно было делать больше. Я смотрю, сколько делают российские журналисты, российские адвокаты, Илья Новиков там вообще землю носом роет.

Еврорадио: Цинично прозвучит, но я не вижу логики: если Савченко не снайпер, которая специально охотилась на российских журналистов с намерением их убить, то можно ли судить рядового военного, за то, что его действия привели к смерти неких людей по ту сторону противостояния — идёт война, хотя её и называют антитеррористической операцией, и люди погибают, в том числе и журналисты.

Аркадий Бабченко: Я всегда выступаю за точность формулировок. Я уже сказал, что это не суд и это всё к суду, праву и юриспруденции отношения не имеет. И Савченко здесь не обвиняемая, а заложник. Она даже не военнопленная! Россия боится назвать вещи своими именами. Она просто похищена и вывезена. И теперь какие-то люди, которые узурпировали власть в моей стране, делают вид, что это суд, и пытаются её якобы судить. Но это точно статья Уголовного кодекса Российской Федерации, по которой до 15 лет лишения свободы за похищение и незаконное лишение свободы человека.

Еврорадио: Читаю комментарии в российских соцсетях по поводу суда над Савченко и ужасаюсь: пишут, что её нужно расстрелять и так далее. Откуда такие настроения в обществе? Неужели один телевизор способен такое с людьми сделать?

Аркадий Бабченко: Вы недооцениваете телевизор! Самое мощное оружие России сейчас это не "Искандеры", не подводные лодки и не ядерное оружие, а "зомбоящик". Это оказался самым мощным инструментом по дебилизации населения. Даже я не ожидал такого эффекта: очень и очень работает. Другое дело, что вся эта пропаганда легла на подготовленную почву: российское общество всегда было агрессивным и ксенофобным — нетерпимым ко всем остальным и с имперским мышлением. И вдобавок 15 лет зомбирования с помощью телевизора сделали своё дело.

Еврорадио: Но белорусы с россиянами — братья навек, нам же опасаться нечего?

Аркадий Бабченко: Украинцы с россиянами тоже были "братья навек". Сегодня мы не знаем, в какую сторону Владимир Владимирович будет уходить от действительности. А то, что он от действительности уходит всё дальше, очевидно, мне кажется. Кто мог подумать два года назад, что российские танки будут обстреливать украинские города? Если бы ты об этом сказал, то тебя сразу бы в психушку увезли, тебя бы за идиота посчитали. Но сейчас мы живём в такой вот действительности.

Еврорадио: А вывод российских войск из Сирии не является свидетельством того, что сил и ресурсов на осуществление имперских амбиций уже не хватает?

Аркадий Бабченко: Все разговоры в связи с выводом войск из Сирии, что Россия не может воевать на два фронта, неправильные. Какие два фронта? Сирия не отвлекала некую критическую численность войск и денег. И слова Путина, что "мы так можем тренироваться бесконечно долго" — правда. Россия могла спокойно воевать и на Донбассе, и в Сирии одновременно. И поэтому вывод войск из Сирии ни коим образом не будет влиять на эскалацию или деэскалацию на Донбассе. Другое дело, что на это будет влиять телевизор. Ведь какая-то картинка "борьбы с внешним врагом", безусловно, нужна. С Сирией не сложилось, и поэтому я вполне допускаю, что будут за этой картинкой снова возвращаться на Донбасс.

 

Фото: glavred.info, novayagazeta.ru