Мы гадаем - что нужно Уральской горно-металлургической компании от Воронежской области? От двух медно-кобальтово-никелевых месторождений в Новохоперском районе. Месторождений с очень сложным залеганием руды, сильно обводненных. Но, главное, - в месте, где никогда не велись горные разработки, где основной деятельностью всегда было сельское хозяйство, что оправдано лучшими в стране почвами. И стоит вести эту дикую войну с местным населением, которое поголовно настроено против добычи никеля в их заповедном крае ради двух месторождений? Тем более с такой нестабильной конъюнктурой цен на никель - основной металл, содержащийся в этих рудах?



И любой здравомыслящий человек понимает, что, скорее всего, не стоит. Отсюда и теории о попытке монетизировать прошлые разведки, выбив у партнеров деньги на работы. Эту версию подкрепляет стремление, с которым УГМК приписывало на разведку лишний миллиард рублей. Тогда Государственная комиссия по запасам из запланированной суммы, около трех миллиардов оставила порядка двух. На фоне того, что в конкурсной документации не учтены уже посчитанные запасы Еланского месторождения, эта версия имеет под собой основания. Но, разумеется, это не те деньги, ради которых стоит затевать полномасштабную войну с местным населением, в которую уже почти превратилась "никелевая кампания" в Черноземье. Тут что-то еще.
Думая про это, я вспомнил разговор, который состоялся в январе 2013 года в ВГУ между Николаем Чернышовым - автором этих месторождений, Виктором Брагиным - заместителем директора УГМК, Александром Плаксенко, перешедшем на работу из департамента по недрам Воронежской области в УГМК, где он возглавил департамент недропользования Медногорского Медно-серного комбината, владеющего лицензиями на хоперские месторождения. Также в разговоре участвовал Виктор Бочаров, ныне возглавляющий совет по никелю при областной воронежской думе и я, заглянувший к Николаю Чернышову минут за 15 до прихода представителей УГМК практически случайно - занести документы по разработкам Еланки и Елки, которые даже ему - автору месторождения - УГМК не соизволили показать. 
Так вот в том разговоре Александр Плаксенко полностью выложил планы УГМК на их работу в Черноземье. Сейчас, видя, с каким напором и упрямством компания пытается начать работы в регионе, я понимаю, что тогда это было не пустой бравадой, и структура олигарха Искандера Махмудова планирует начать полномасштабные горные работы минимум на пяти месторождениях в Воронежской и Липецкой областях.
Вот кратко, что сказал тогда Александр Плаксенко:"Мы завели четыре участка лицензионных: Елань и Елка, Нижнемамонско-Подколодновский и Вязовск-Уваровский. Эти все документы лежат в Москве в Роснедрах, ждут своего часа. Просто УГМК решила сразу за все не браться, а приступить к наиболее изученному участку недр. Более того, сейчас в Липецкой области оформляется участок - Ольховка. Так что никеленосность не заканчивается Новохоперским районом". 

Тут полный фрагмент той беседы 

Также в том разговоре Плаксенко сказал, что в Мамоне условия залегания позволяют разрабатывать месторождения открытым способом. Ну и вспомним, что там же есть уже лицензированные участки с залежами титана, которые уж точно можно разрабатывать только открытым способом, так как это горизонтальный пласт, который тянется более чем на 30 км.
Мы говорили уже на первых митингах, что Черноземье хотят превратить в горно-рудный регион. Но даже сами не до конца верили в такое варварское отношение к нашей земле, ее бесконечному потенциалу кормить и содержать людей, живущих здесь, который будет уничтожен ради экспорта цветных металлов какой-то компанией, владельцы которой находятся тоже в других странах. Не думали, что такое может быть позволено руководством России при молчаливом согласии местной власти. 
Но теперь, по крайней мере я лично уверен в том, что план УГМК - глобальный передел Черноземья. 
Что, если мы не остановим это на начальном этапе, дальше будет сложнее и сложнее. 
 

Оригинал