Хорошо, СИЗО. Я очень надеялась, что сегодня у меня будет просто день, чтоб провести его дома и поработать. Не будет? Ладно. У меня только есть неприятное подозрение, что много у кого в ближайшее время ничего хорошего не будет. Посмотрим.

Я, раз есть минутка, скажу еще, что в больницу Матроски вывезли девушку с парализованными ногами, о которой писала Ева Меркачева вот здесь: http://www.mk.ru/social/article/2013/12/10/957462-skandal-v-moskovskih-sizo-vrachi-ignoriruyut-zaprosyi-ot-tyuremschikov.html


И надо ей как-то помогать, чем мы и планируем заняться.

А еще там есть человек, который впал в неконтактное и неадекватное, по словам сокамерников, состояние, узнав, что страдает тяжелым заболеванием. Он стоИт, уткнувшись лбом в костыль в углу, не шевелится и не разговаривает. И вот им надо заниматься тоже. И не вполне понятно мне, что с парализованным Топехиным в 20-й больнице.

А еще я вот что хочу сказать, посмотрев очередную статью Евы, точней, - интервью с начальником УФСИН Москвы Тихомировым. Да, Козлов умер, и я с себя за это ответственности не снимаю, хоть еженедельно говорила и писала Тагиеву о том, чем всё это кончится. И я вообще думаю, что за это должен кто-то отвечать. Только в данном случае я не уверена, что это - Мадаян, он - много за что, но не за это. Это другой человек отвечать должен. Хорошо, что звучат фамилии, зазвучали наконец. Я их теперь тоже буду называть. Надо уже знать, кто за кого персонально отвечает. Всё, это последнее 121-е китайское предупреждение.
Но вот это я писала в марте: "Вот Козлов Николай Николаевич с тяжелейшими нарушениями кровообращения. Мы были у него две недели назад и сейчас. Доктор в прошлый наш приход обещал подумать над необходимостью медицинского обследования Козлова. Результат никаков. Через день после нашего прошлого посещения Козлов написал заявление - ответа нет. А врачи всё упирают на то, что Козлов не подпадает под постановление. Когда он попадет-то? Когда, не приведи Всевышний, скончается? Ну зачем тяжело больного человека, у которого срок-то три года за мошенничество, гноить в СИЗО? Ну кому лучше от того, что он там страдает? Теперь у него, помимо тяжелейших заболеваний, еще и жуткий кашель. Сокамерник говорит: его наизнанку выворачивает. Плюс гемарроидальное кровотечение. Человек просто в СИЗО разваливается на части. Как, чье мне надо обратить на это внимание? Каждый отвечает за свой участок работы. Все, вроде, правы. Всё упирается в постановления. Ну так, может, надо уже в постановлениях что-то подправить?"

Потом Козлов умер. Но только он уже умер, а есть живые, которым помощь нужна сейчас. Уважаемые журналисты, вы обращайтесь за этой информацией ко мне, а члены ОНК - ходите со мной, пожалуйста, и смотрите. А потом - пишите свои сенсации. Нам важно добить старые дела, но новых-то - вагон. Живых больных людей, которым можно помочь. Что я не могу найти себе напарника на поход в СИЗО, когда там нештатка? Спасибо тем членам ОНК, кто сейчас поехал в другой СИЗО, где тоже нештатка. Это очень важно. Сейчас в меня полетят плевки очередные, но я повторяю: нельзя быть наблюдателем и посещать ИВС, СИЗО или отдел раз в два месяца. А если нужна информация по больным - повторяю: спросите меня, я расскажу. Помогайте! Мне очень нужна помощь, я не справляюсь. Журналисты, адвокаты, врачи, вы не менее нужны, чем члены ОНК.

И еще просьба: запрашивайте информацию прямо у меня. А то какой-то испорченный телефон получается. Я понимаю, что что-то говорила, но понимаю одновременно, что не совсем это.

Из того же интервью:

"— Начальник Бутырки Сергей Телятников сам информирует правозащитников, которые приходят в СИЗО, о том, сколько у него тяжелых больных. А почему другие этого не делают?
— Почему же, делают. У него на территории СИЗО расположена единственная больница, куда привозят пациентов из всех следственных изоляторов Москвы. И то, что он ставит в известность правозащитников, — это правильно. Потому что правозащитники могут вмешаться, обратиться во всевозможные инстанции и помочь человеку освободиться. У сотрудников ФСИН такой возможности нет."
http://www.mk.ru/social/interview/2013/12/22/963207-tyurma-slezam-ne-verit.html

Я очень извиняюсь, но на территории Бутырки, СИЗО-2, находится психиатрическая больница. И руководитель Бутырки действительно Телятников. А просто больница, не психиатрическая, находится в Матроске, СИЗО-1. И никакой Телятников тут ни при чем. Может, Ева просто не расслышала, но если у нас в управлении не знают, где находится больница, то я просто уже даже и не знаю, что делать и как поступать. Давайте я для УФСИН информационную справку подготовлю, узнают, где больница наконец. Так не надо.

И последнее: а почему сотрудники-то ФСИН не могут вмешаться и обратиться, если вдруг возникает такая очевидная необходимость? Куда они дели возможности? Они свои мобильные телефоны, принтеры и всю бумагу потеряли? Правозащитники делают то, что делают, почему на них надо перекладывать работу врачей ФСИН, например? Сотрудничать - надо, но надо и самим оставаться и профессионалами, и просто людьми.