Основой всех научных исследований, проводимых в Ухтинском филиале Современной гуманитарной академии является становление и развитие научной школы современной формы философского материализма, а именно историко-диалектического материализма.
 

Выделение в философии основных направлений: материализма и идеализма началось фактически с зарождения самой философии. В истории было несколько форм философского материализма: стихийный материализм древних, натурфилософский или метафизический материализм XVI-XVIII в, и, наконец, диалектический философский материализм, а применительно к обществу - исторический материализм.
 

В нашей стране почти весь XX век философские, исторические, социологические и иные исследования прошли именно под этим флагом. После событий 90-х годов XX в. в России ситуация настолько изменилась, что исторический материализм незаметно исчез из научного оборота. В обществе стал доминировать идеализм.
 

Вместе с тем события современной реальной истории подводят последовательных эмпириков к выводу, что развитие общества зашло в тупик. Особенно способствует появлению данного умозаключения распад социалистического лагеря, перестройка и формирование общества, типология которого не совсем ясна.


В научных кругах появилось мнение, что К.Маркс хорошо объяснял социальные процессы в рамках своей эпохи, а новое время требует новых концепций, по-новому объясняющих социальные процессы в новейшее время. Так сказать, существует непровозглашённый социальный заказ на новые социальные концепции, из которых могла бы сформироваться новая социальная теория.


Данный общественный запрос повлиял на научную деятельность учёных Ухтинского филиала Современной гуманитарной академии. Один из них, к.с.н. Витязев А.К., в своих монографиях (Социальная шизофрения, История болезни товарного общества, Общественное производство человека, Здравоохранение как аспект производства жизни, Манифест научного преобразования общества) развил представление об отчуждении человека, сформированное К. Марксом и Э. Фроммом и представил в виде концепции.


Кратко о содержании концепции А.К. Витязева.


Общество – это сложная воспроизводящаяся система. В ней две основных подсистемы (сферы): возобновляемого материального производства и воспроизводства населения (человека). Процесс общественного воспроизводства осуществляется определённым способом.


Способ производства открылся во время неолитической революции, при переходе от собирательства к производящей экономике. Он подразделяется на бестоварный и товарный.


Бестоварный способ производства лежал в основе бестоварного (родоплеменного) общества, существовавшего во время дикости и варварства.


Товарный способ производства связан с товарным обществом: рабовладельческим, феодальным и капиталистическим.


Если бестоварное общество является бесклассовым, то в товарном обществе имеются классы: рабы и рабовладельцы, феодалы и крепостные крестьяне, предприниматели и наёмные работники.


Способ производства раскрывает производственные отношения или отношение людей к производительным силам - факторам производства (предмету труда, рабочей силе и орудиям труда): форму собственности на них. В условиях товарного производства устанавливается частная собственность на факторы производства.


Переход общества от одного типа к другому типу связан с развитием способа производства преимущественно в сфере материального производства. В сфере воспроизводства населения с первобытных времён сохраняется натурально-хозяйственный способ производства.


Переходы от первого типа (архетипа) воспроизводства населения к последующим типам являются типологическими, так как они не связаны с развитием способа (метода) производства. Они все являются реакцией процесса воспроизводства населения на развитие процесса материального производства. Здесь нет методологических переходов.


В сфере материального производства, начиная с рабовладельческих времён (древности), огромная масса производителей отчуждается либо от всех факторов, как при рабовладении, либо от некоторых из них.


В условиях капиталистического производства наёмные работники отчуждены от средств производства (от предмета труда и средств (орудий) труда). Отчуждение от средств производства необходимо для формирования принудительного труда. Без него невозможна организация крупного производства и управления трудовыми ресурсами, рабочей силой.


Данное экономическое отчуждение масс, если оно институционально закреплено, приобретает политическую окраску. В результате в социальном отчуждении открывается два аспекта – экономический и политический.


Без экономического отчуждения труд не имеет двойственности: из двух своих форм – общественной и конкретно-особенной – он имеет лишь какую-либо одну форму. В этом случае нет товарного общества, нет товарно-денежных отношений, не отчуждаются от производителя продукты труда, не работает закон стоимости, нет погони за прибылью и нет стимула для расширения и развития производства: нет крупного производства, следовательно, государства.


В сфере материального производства социальное (экономическое и политическое) отчуждение существует скрыто до тех пор, пока не появиться «кризис перепроизводства». Латентная и манифестная фазы экономического отчуждения характеризуют цикл материального производства, в ходе которого рост производства сменяется спадом, рецессией или депрессией.


Во время кризиса останавливаются фабрики и заводы, начинаются массовые увольнения и безработица. Реальная зарплата становиться минимальной. Социальное отчуждение переходит из скрытой в манифестную форму. Лишённые работы и нищенствующие массы обнаруживают своё экономическое и политическое отчуждение. Начинается экономическая борьба: появляются забастовки, всеобщая стачка, выдвигаются экономические требования. Если они не удовлетворяются, экономическая борьба перерастает в политическую. Неимущий класс стремиться отвоевать политическую свободу и организовать общественное производство и общественную жизнь по другим правилам.


Примерами могут стать восстание рабов на о. Сицилия в 135 – 132 годах до н.э. и образование государство рабов, во главе которого встал царь Евн-Антиох, а также парижская коммуна 1871 года - первая пролетарская революция и первое правительство рабочего класса, просуществовавшее в Париже 72 дня (18 марта — 28 мая). В это время в обществе нарастает агрессия. Начинается анархия или хаос, которым сложно управлять.


При манифестации социального отчуждения обнажаются не только его экономический, политический, но и психопатологический аспект.


Социальная угроза существованию изменяет психику масс. В массе у каждого отдельного человека появляется так называемое реактивное состояние, мягкая форма которого именуется неврозом.


Дело в том, что закон стоимости своим действием на предпринимателей формирует у них поведение, именуемое погоней за прибылью. Данное поведение скрывает за собой то, что в условиях товарного производства сознание каждого предпринимателя захвачено сверхценной идеей (паранойей) прибыли, и предприниматель как бы не принадлежит себе. Неуправляемая паранойя прибыли приводит к кризису перепроизводства и манифестации отчуждения наёмного класса.


Кроме того, паранойя прибыли толкает предпринимателей к использованию незаконных (криминальных) путей обогащения. Бизнес срастается с криминалом.


Поскольку закон стоимости стимулирует производство и без него товарное общество из стадии подъёма переходит в стадию застоя, надлома и разложения, необходимо научиться управлять паранойей прибыли законотворческим путём с жёстким контролем за соблюдением законности. Нужно добиваться прозрачности бизнеса.


При застое потребление (расход) вещей уравновешивается производством благ (синтезом вещей) – имеет место простое воспроизводство. При социальном надломе и распаде, производство вещей не обеспечивает потребности в них и появляется суженный тип воспроизводства благ и населения. Начинается социальное вырождение, дегенерация.


Касательно отчуждения человека в сфере воспроизводства населения нужно сказать следующее.


Воспроизводство населения вплоть до конца ХХ века не носило товарного, в частности, капиталистического характера. Изобретения экстракорпорального оплодотворения и суррогатного материнства и предложение репродуктивных услуг развили спрос на них. Появился рынок репродуктивных услуг и товарно-денежные (капиталистические) отношения, найм в сфере воспроизводства населения. Найм указывает на развитие труда в данной сфере: на становление репродуктивно-материнского труда двойственным, имеющим не только конкретно-особенную, но и общественную формы. До сего времени репродуктивно-материнский труд не имел общественной формы.


Воспроизводство населения – это социально детерминированное воспроизведение себе подобных. Планирование семьи служит доказательством того, что не инстинкт продолжения рода, а воля женщины здесь играет ведущую роль. Современная женщина реализует в течении репродуктивного периода своей жизни не всю свою плодовитость (12-16 и более беременностей), а минимальную её часть: производит на свет чаще всего 1 ребёнка. Поэтому суммарный коэффициент рождаемости в развитых странах меньше величины 2,2, что говорит о суженном типе воспроизводства населения, то есть о вялотекущей депопуляции или вырождении этносов белой расы.


Выходом из данной ситуации может стать не только признание того, что рождаемостью можно управлять, но появление знания, как эффективно это делать. Знанию может способствовать появление теории, объясняющей не только дефицит рождаемости, но позволяющей выявить механизмы управления рождаемостью, следовательно, ещё одним аспектом социального здоровья.


Самосохранение – основная функция управления. Поэтому управлять, значит самосохраняться в широком смысле данного слова. Касательно женщин репродуктивного возраста это значит, что каждая женщина заинтересована не только в продолжении рода и охране детей но и в сохранении себя, своих жизни и здоровья.


Эти интересы находятся в обратно пропорциональной зависимости. Поэтому плохое здоровье женщины, или высокая занятость на работе в сфере материального производства могут негативно сказываться на планировании семьи.


Данное обстоятельство подсказывает, что на динамическое равновесие интересов (потребностей) женщины можно влиять так, чтобы общественные интересы в области воспроизводства населения совпадали с репродуктивными интересами женщин.


Для этого была разработана программа «материнский капитал», которая не показала себя как эффективное средство управления. Дело в том, что она не предполагает признания, что произведение на свет детей – это труд, требующий вознаграждения, а не материальной помощи.


Вот если бы женщина, ежемесячно получая по контракту зарплату за труд по произведению ребёнка на свет, могла расходовать её на своё содержание – на самосохранение, она смогла бы уравновесить потребности в самосохранении и продолжении рода на определённом уровне, заданном обществом.


Из этого следует, что для управления рождаемостью нужно признать, что материнство – это труд, который нужно оплачивать. Это признание, в свою очередь, ведёт к формированию найма в сфере воспроизводства населения – появлению в ней общественной формы труда, следовательно, товарно-денежных отношений: цикла превращения форм труда, конкретно-особенной и общественной.


В результате открывается то, что в основе общественной организации репродуктивно-материнского труда в капиталистическом обществе должно лежать отчуждение женщин от него. В капиталистическом обществе должна существовать контрактная форма оплаты репродуктивно-материнского труда. Посредством соблюдения условий контракта можно повышать врождённое здоровье детей.


Здоровый ребёнок требует меньше затрат. В будущем он более трудоспособен. Эффективность производства врождённо здорового ребёнка выше, чем отягощённого наследственными, внутриутробными заболеваниями и осложнениями во время родов.


Управляя отчуждением репродуктивно-материнского труда посредством найма, можно укрепить врождённое здоровье населения. В результате меньше потребуется затрат на медицинское обслуживание населения.


Подводя промежуточный итог выше изложенному, следует сказать, что отчуждением труда в как в сфере материального воспроизводства, так и в сфере воспроизводства населения можно управлять. Так, например, участие наёмных рабочих в получении доли прибавочного продукта или прибавочной стоимости уменьшает его социальное отчуждение.


Управление экономическим а также и политическим отчуждением человека позволит развить понятие социального здоровья в экономическом и политическом его аспектах.


 В свою очередь, развитие понятия социального здоровья повлияет на разведение его с понятием биологического здоровья и в результате на составление представления о содержании родового понятия «здоровье». В научном обороте сможет укорениться понятие «управление здоровьем».


И хотя некоторые учёные считают, что «управлять здоровьем нельзя», практика покажет, так ли это.


Нужно не забывать, что главной функцией управления сложных систем, к которым относятся общества и люди является самосохранение в широком смысле, то есть в настоящем и будущем, в пространстве и во времени. Без явления репродукции, воспроизведения здесь не обойтись. Поэтому им, явлением репродукции, также нужно уметь управлять не только в сфере возобновляемого материального производства, но и в сфере воспроизводства населения.


В целом нужно сказать, что, стремясь самосохраниться путём воспроизводства, общество стремиться быть здоровым. Это значит, что, во-первых, обмен вещей в обществе должен характеризоваться преобладанием социального анаболизма над социальным катаболизмом: развитие предложения должно опережать развитие спроса.


Общество не должно не только стареть, но и застаиваться. Обеспечивает обществу вечную молодость закон стоимости. Задача чиновников социального управления состоит лишь в том, чтобы не допускать превращения изобилия в перепроизводство.


Во-вторых, необходимость сбалансированности общественного воспроизводства требует оптимального соотношения численности населения и социально-экологической ёмкости территории его проживания. Качество населения должно быть высоким. Его определяет, в частности, трудоспособность (работоспособность) населения или социальное здоровье, имеющее экономические показатели.


В-третьих, нужно не только не допускать появления техногенных и экологических катастроф, но и стремиться к максимально чистоте жизненного пространства, так как известно, что рост заболеваемости населения раком и наследственными болезнями связан с ухудшением экологической обстановки.


Отдельно нужно остановиться на понятии «здоровье». Как родовое понятие, оно включает в себя такие классы, как здоровье общества, здоровье населения и здоровье человека, индивида.


Здоровье человека является комплексным понятием, характеризующим физическое, духовное и социальное благополучие, что обуславливает его многофакторность. В процессе исторического развития приоритетное значение приобретают разные факторы здоровья: природные условия, биологические характеристики организма, образ жизни, социально-экономическая ситуация, уровень медицинского обслуживания и др. Укрепляя, или ослабляя здоровье, эти факторы своим влиянием позволяют выделить биологическую и социальную составляющие здоровья – жизнеспособность и трудоспособность, то, способен ли человек трудиться и воспроизводить себе подобных.


Показателями здоровья человека могут служить не только показатели его физической силы, выносливости, продолжительности жизни, заболеваемости (частоты и длительности болезней), но и трудоспособности, производительности и эффективности его труда. Кроме того, к показателям здоровья можно отнести способности к зачатию (плодовитость) и вынашиванию беременности, влияющие на рождаемость, и сохраняемость рода как биологического вида человека.


Здоровье населения – тоже комплексное понятие. Оно характеризуется такими показателями, как заболеваемость, рождаемость, смертность, продолжительность жизни, которые относятся к демографическим и санитарно-статистическим показателям. Экономическим показателем здоровья населения может служить подушевая величина ВВП.


Здоровье общества – новое понятие, вводимое Витязевым А.К. в научный оборот. Предлагается здоровым считать такое общество, в котором нет не только распада, но надлома и застоя, то есть кризиса. Поскольку современное капиталистическое общество является товарным, основанным на найме, аренде – на отчуждённом (принудительном) труде, следует в отчуждении труда обнаружить норму и патологию, а также границу их разделяющую. Этой границей могут стать общепринятые и научно обоснованные величины безработицы и минимального размера оплаты труда, или стоимости рабочего времени (часа).


Не ставя в данной статье цели детально изложить концепцию А.К.Витязева, хочу закончить статью той мыслью, что здоровьем можно управлять на разных уровнях общественной организации.


Так касательно управления смертностью можно сказать, что её величина, в частности, зависит от распространённости суицидальных стереотипов поведения, входящих в суицидальный образ жизни, которым страдают не только впавшие в депрессию лица. Наркомания, алкоголизм, табакокурение - признаки такого образа жизни. За ними кроется, по меньшей мере, снижение потребности некоторых индивидов в самосохранении. Склонность к риску, пренебрежение опасностью - ещё одно проявление состояния динамического равновесия потребностей, где потребность в самосохранении снижена по какой-то причине.


Кроме этих людей есть такие, которые рискуют не своей жизнью, а жизнью и здоровьем других людей. Будучи владельцами предприятий, они не вкладывают средств в охрану труда. Как автомобилисты, демонстрируют пренебрежительное отношение к жизни и здоровью пешеходов. Возможно, у них снижена потребность в сохранении рода человеческого.


Пренебрежительное отношение к своей жизни и здоровью, а также и к жизни и здоровью других стало характерной чертой постсоветского времени. Оно указывает на произошедшее изменение значений ценностей в насаждаемой ценностной системе. Более значимыми стали такие ценности, как принадлежность к элите, богатство, роскошь, престиж. Не исключено, что потребность в богатстве, став более значимой, чем другие, например, потребность в детях, подавляет их в самосознании людей.


Данные обстоятельства указывают на то, что изменение условий существования, его законов может влиять на потребностно-мотивационную область самосознания индивидов, на формирование той их я-концепции, в которой мало места самосохранению в широком смысле. В результате распространённым становиться апокалипсический стиль поведения. Поэтому предупреждения о надвигающейся глобальной катастрофе учёных Римского клуба не имеют никакого воздействия даже на элиту. Люди не верят учёным, так как у них другая вера: они верят в самовозрастание стоимости, богатства. Идея обогащения застилает им взор на реальный мир, ведя к дереализации.