«Моя личная банда». Журналистка сплотила десятки единомышленниц ради спасения от одиночества

От побега из патриархального брака до первого чата единомышленниц: как появилась идея

В ковидном 2019 году я была на лекции [активистки] Даши Серенко. Местный журналист попросил дать комментарий об этом событии, и я сказала, что жду, когда в нашем городе появится фем-сообщество. Тогда казалось, что организовать такое сложно — нужно время, да и вообще: кто я такая, чтобы этим заниматься.

Феминизмом я начала интересоваться десять лет назад благодаря коллеге. Она показала мне видео фем-блогерок в Инстаграме*, и я подумала, “Прикольно, подпишусь”. Фем-повестка тогда была менее обсуждаемой, чем сейчас. Я проводила эфиры о феминизме на государственном радио, где работала в то время. Аудиторией были в основном пожилые люди, которые не понимали, о чем я говорю.

Даже если бы не коллега, я бы рано или поздно пришла к феминизму. Мой папа мог помочь с уроками, съездить со мной без мамы в отпуск, приготовить еду на всех. Я думала, что так устроены все семьи. Но сама столкнулась с патриархальной моделью брака в отношениях с отцом моего ребенка. Мы договаривались, что будем делить обязанности 50/50. В итоге я одна готовила, убирала, металась по магазинам. После родов партнер пытался помогать, где-то неделю вставал по ночам. А потом забил хуй. Пока он был на работе, я собрала свои манатки и уехала с двухмесячным ребенком под мышкой. Наш брак продержался два года.

После ухода от партнера мне хотелось ощутить почву под ногами, осознать себя вне патриархальной модели и не чувствовать ущербность в одиночку, без мужа и с ребенком. Но тогда не было комьюнити, в котором я смогла бы найти надежду и построить новую идентичность, которая стала бы мне опорой. Только несколько лет спустя, уже после начала войны, я стала проводить вышивальные встречи, чтобы не поехать кукухой.

В то время мне впервые пришла в голову мысль о сообществе. Точнее, я придумала название. В нем соединились символ места, где я живу, и аббревиатура, повторяющая наименование официальных организаций. По сути, это насмешка: ведь мы не обязаны подчиняться государству, как они. В условиях репрессий и ограничений нам остается только иронизировать.

На одной из вышивальных встреч в 2024 году новые участницы показали мне феминистские тиктоки, которые я раньше не видела. Я призналась девчонкам, что у меня есть идея женского сообщества и его название. Они сказали: “Да, круто! Давайте делать!”

Мы собирались кругом в шесть-семь человек, общались, отмечали дни рождения. Нас объединили творчество и фемоптика. Чуть позже мы создали телеграм-канал, чтобы приглашать других женщин на наши творческие встречи и рассказывать о себе.

Выставка забытых горожанок: первый проект, чтобы выйти в люди

Однажды в “Ночь музеев” я пришла в краеведческий музей и увидела там уголок, посвященный известным жителям нашего города. Среди персоналий была только одна женщина, которую всегда пихают в подобные проекты. Я подумала: почему бы не сделать выставку про классных женщин, которые связаны с нашим городом. Девчонки поддержали.

Выставка стала первым большим проектом нашего сообщества. От идеи до воплощения прошло два года, хотя на саму организацию понадобилось всего три месяца, когда мы наконец решились действовать.

Я нашла очень плохо сделанную книгу, выпущенную к юбилею города, и выписала оттуда имена упомянутых женщин. Потом предложила нескольких крутых горожанок, которых знала сама. По крупинкам мы собрали всех персон в список.

Нам не хотелось делать скучно, как в музее, поэтому я попросила участниц рассказать о героинях в свободной форме - что зацепило в характере, почему эта женщина классная, что в ее личной истории было самым интересным. В итоге девчонки сами задали рамку для словесных описаний к экспозиции.

Опыта в организации чего-то подобного у нас не было. Но одна подруга, археологиня, работала в разных музеях. Она подсказала, как лучше оформить выставку.

Портреты персонажек создала девушка-музыкантка, которая любит рисовать. Самое прикольное — родственник одной из героинь выставки подошел с просьбой продать ему картину.

Потом мы стали искать бесплатное место для выставки. Девочка, которая раньше проводила в городе свопы (обмены вещами — прим. ред.), но эмигрировала и передала руководство мероприятиями мне, подсказала, что можно договориться с владельцами на бартер: они нам — пространство, мы им — рекламу. Одна из дружественных кофеен согласилась.

Отклик на выставку был потрясающий. Зрители говорили, что мы прикольно все оформили. Девочки рассказали мне, что прибегала какая-то женщина с восторженным взглядом, похвалила идею, дала 100 рублей и убежала.

Никого не смутили феминитивы, которые мы использовали в описании героинь — археологиня, художница, учительница. Только забавно, что местное телевидение в своем репортаже о выставке не использовало ни одного феминитива, даже самого привычного.

Онлайн для офлайна: как устроено сообщество

Еще до открытия выставки мы пригласили всех желающих на первую встречу сообщества. Реклама прошла в соцсетях — спасибо проектам «ФемАфиша России» и «Феминизм в регионах», а также участницам с собственными каналами от 50 до 200 человек. Я зарегистрировалась на платформе для знакомств “Твинби” и написала в профиле: “Может, тебе нужны не отношения, а сообщество подруг?” Минимум три девушки заинтересовались, одна зарегистрировалась на мероприятие.

На первую встречу пришло больше 30 девушек. Нам всем не хватало места. Мы раздали участницам бумажные анкеты, как в детстве, с вопросами вроде “Твой возраст”, “Любимая песня”, “Знак зодиака”. Предложили оставить контакты. После этого собрали общий чат участниц, разделенный на темы. Там можно рассказать о себе, показать свое творчество, поболтать, спросить совета — например, где позаниматься боксом, найти репетитора или врача.

В чате выделена тема для идей. На второй встрече сообщества мы провели питчинг: предложили 15 участницам поделиться идеями проектов, которые мы могли бы воплотить вместе.

Сейчас мы в сообществе проводим мастер-классы, лекции, свопы. В нашем манифесте зафиксированы цели: чаще встречаться вживую, делать творческие события, коллаборировать с другими комьюнити. Онлайн-контента хватает, а живого опыта — нет, особенно от региональных активисток.

Мы не зарабатываем на сообществе, в основном вкладываем в него свои ресурсы. Например, для расслабленной психологической встречи сшили мягкие подушки из старых вещей, чтобы не сидеть официально на стульях за столами.

Донаты тоже пытаемся собирать — наличными деньгами на мероприятиях. Уже на первой выставке нам, к удивлению, накидали денег, которые мы потратили на новые крючки для оформления экспозиции. Но от самого процесса немного страшно. Сегодня в России никогда не знаешь, чем закончится сбор донатов.

Иногда донаты нужны для организации мероприятия. Мне неловко напоминать по десять раз в чате, что идет сбор. Хотя потом девочки пишут: “Спасибо, что вы есть, вы делаете большое дело, тратите много ресурсов, поэтому имеете полное право что-то собирать».

В поиске взаимопонимания: с чем борются участницы

Мы все очень разные — и по возрасту, и по опыту. Кому-то 22, мне 33, самой старшей участнице 45 лет. У нас разный бэкграунд, из этого вырастают темы обсуждения: профессиональные сложности, выгорание, личный опыт, материнство, безопасность. Говорим про феминитивы, про репрезентацию женщин, про усталость, про месячные.

Мы не уходим в сложные политические или теоретические фем-вопросы. Не делаем кружок “избранных”, разбирая разницу между либеральным и радикальным феминизмом, выясняя, кто “правильный”. У нас даже в названии нет “фем” — не потому что страшно, а потому что хотим, чтобы как можно больше женщин приходили на встречи. Даже если они уйдут — окей, может, у них хотя бы останется опыт поддержки.

Мне важно говорить со всеми. Не только с теми, кто в курсе феминизма, но и с теми, кто говорит “Я не феминистка, но…” и дальше пересказывает феминистские установки. Ради бога, не нравится слово — не произноси. Суть важнее.

Единственное, где мы позиционировали наше сообщество как феминистское, — афиши мероприятий. Мы почти уверены, что женщины, заинтересовавшиеся таким комьюнити, не могут быть провоенно настроенными. Знать наверняка не можем, но в глаза нам никто не говорил про поддержку войны. Если женщина с милитаристскими взглядами попадет к нам случайно, вряд ли задержится надолго. А вести какие-то дискуссии и дебаты на эту тему [войны] как будто бы опасно в 2026 году.

Иногда на встречах возникает напряжение из-за расхождений во взглядах. Такое было на встрече с психологиней после лекции. Участница во время обсуждения сказала что-то, с чем не согласилась наша дизайнерка. Начался обмен мнениями. Не срач, но разнополярность. Я в этот момент стала буфером: старалась разрядить обстановку.

Мне нормально разруливать такие ситуации, если есть ресурс. Если его нет, я не рвусь делать из последних сил. Мы стремимся к горизонтальной структуре сообщества. Это помогает все организовать так, чтобы все не было завязано на ком-то одном, и роль буфера могла выполнить любая.

Позже мы обсудили с дизайнеркой ту ситуацию, стало понятно, что недопонимание произошло из-за разного опыта. У нас один интернет, но все сидят в нем в разных информационных пузырях. Мы пришли к выводу, что важно без насилия друг над другом делиться своими пузырями. Главное — не ебать друг другу мозг, а слушать.

Недавно одна женщина написала нам в комментариях под постом о ферритине, что “все девочки слабые”. Наша дизайнерка написала в ответ, что мы можем хотеть быть слабыми — и это нормально. Из подобных ситуаций рождаются тексты для регулярной рубрики с письмами участниц сообщества.

Поддержка своих: что комьюнити дает участницам

Сообщество дает женщинам поддержку. Потому что женские идеи редко находят отклик у окружения. Иногда участницам не хватает минимального совета или даже присутствия, остальное они сами сделают. Если я вижу, что человек загорелся ненадолго, я не буду его пинать, тратить свой ресурс. А активных, наоборот, мягко подталкиваю: напоминаю: “Ты хотела сделать проект, давай подумаем, как тебе помочь”.

Одна из участниц хотела провести танцевальную встречу, но сомневалась, потому что не является сертифицированным тренером. Мы убедили ее, что квалификация — не главное. В итоге она провела для нас занятия, показала связки. У всех есть таланты вне зависимости от возраста. Когда женщина чувствует поддержку, это многое меняет.

Второе, что дает сообщество — союзничество, возможность объединяться в офлайне. Для небольшого города это особенно важно: встретиться, разделить ценности, получить поддержку не в интернете, а вживую. Доказательство — участница, которая ездит на наши встречи по два часа в одну сторону из поселка городского типа.

Нам часто пишут: «Классно, что в городе есть такое сообщество, я не одна, я могу прийти, познакомиться, что-то сделать вместе». Еще одна девушка написала, что находится в декрете и занимается творчеством, хочет прийти на встречу, потому что ей откликаются феминистские ценности.

Преодолеть конкуренцию и патернализм: зачем нужно сообщество

Девушки из ядра сообщества стали моими подругами. Когда я болею, они без слов приносят еду и лекарства. Мы живем рядом, можем прийти в гости, проораться, поныть, погулять. У меня буквально появилась своя банда — как из мемов про сериал «Бригада». Я чувствую себя защищенной, окруженной заботой.

Не знаю, сколько эта идиллия продлится, но сам факт, что мы случились друг у друга — уже огромный подарок. Особенно сейчас, когда у меня проблемы с финансами, потому что нет постоянной работы. Если бы не ощущение команды, меня бы, возможно, унесло в депрессивный эпизод.

С появлением сообщества во мне закрепилось убеждение, что я все меньше хочу конкурировать с другими женщинами. Я скорее порадуюсь за коллегу, чем буду ей завидовать. Даже с теми, с кем у нас нет общих ценностей, я вижу общий женский опыт, на основе которого можно сойтись.

У меня появилось больше уверенности, что я могу сама что-то делать, запускать, собирать людей вокруг. Не “руководить”, а быть клеем, соединяющим остальных.

Раньше мне казалось, что в маленьком городе нереально найти своих людей и собрать комьюнити. А теперь знаю, что нельзя опираться на убеждение “Это никому не нужно”. Можно расти из своего круга, делать что-то маленькое. Напомню, у нас два года ушло на то, чтобы собраться и выйти в мир. Это нормально, не обязательно сразу делать большой проект.

Даже маленькое сообщество, которое дает поддержку нескольким женщинам, — это уже хорошо. Сейчас такой активизм — не борьба, а опора: способ сохранить себя, быть рядом со своими, как-то выживать. Именно это дает силы переживать болезни, потерю работы и так далее.