Ежегодно в Рязанской области теряется около 300 человек, лишь две трети из них находятся живыми. Десятки людей погибают, десятки пропадают без вести. Эти данные приводят добровольцы рязанского отряда «Лиза Алерт», которые уже девять лет участвуют в их поисках. Зачем они тратят личное время и средства на поиск, почему люди продолжают пропадать и как это изменить — об этом они рассказали корреспонденту «7x7».

О надежде и запретных темах

Больше 60 ориентировок на без вести пропавших детей и взрослых с их фотографиями и особыми приметами — первое, что увидели приглашенные на день рождения рязанского отряда «Лиза Алерт» («ЛА»). Кто-то из этих людей пропал год назад, кто-то в розыске больше пяти лет, но их продолжают искать и надеяться на возвращение. «Надежда — это то чувство, которое сопровождает любого поисковика годами» — об этом волонтеры рассказали на встрече в честь девятилетия отряда, которая прошла в общественном пространстве «Фабрика».

Пропавшие без вести. Фото Екатерины Вулих

Поблагодарить волонтеров за их безвозмездную работу пришли полицейские, спасатели МЧС, представители прокуратуры и спонсоры, которые помогают с закупкой бумаги, канцтоваров и скотча для расклейки ориентировок на пропавших, принтеров, компасов и раций. В ответ на поздравления поисковики скромно рассказали о своих заслугах: «Услышал, что нужна помощь, начал участвовать в поисках, в отряде около пяти лет». В личном разговоре добровольцы открыты, но для них есть запретные темы: они никогда не раскроют обстоятельства пропажи подростка или подробности гибели человека. О причинах «7x7» рассказала поисковик, информационный координатор, инструктор школы безопасности рязанской «ЛА» Надежда Драгонер:

— Часто в социальных сетях нам ставят чуть ли не в упрек то, что мы не раскрываем подробности поисков. Но представьте: мужчина поругался с супругой и отсиживается у друга. Жена бросилась на поиски, но никто не «продал», где он ночует. Тогда женщина звонит нам, мы находим «потеряшку», даем в Сети информацию: «Найден. Жив». Нам непременно надо уточнить номер дома и квартиры, где отсиживался «обиженный» супруг? Или из-за чего и как именно погиб потерявшийся в лесу дедушка? Поставьте себя на место этих семей, и вы поймете, почему мы не разглашаем такие подробности.

Надежда Драгонер. Фото Екатерины Вулих

Дедушка-«рецидивист» и первое «найден, жив!»

Волонтеры отряда пришли к пониманию важности этой работы разными путями. Ответственный за техническое оснащение поиска Денис Митин начал волонтерить водителем, затем подключился к поисковой работе.

— Я отвозил поисковиков на место, развозил обратно по домам. Посмотрев на это со стороны, понял, насколько это важно, и решил участвовать сам. Самым запоминающимся был поиск, когда я лично нашел пропавшую бабушку. Она погибла. У нее была запущенная деменция, бабушка даже зимой все ездила на свой огород якобы грядки обрабатывать. Она была одинокой, родственников не было, соседи спохватились поздно. Заявка к нам пришла на 10-й день. Обследовали дачный участок и обнаружили ее там, — вспоминает Митин.

Денис Митин. Фото Екатерины Вулих

Добровольцы говорят, что не бывает двух схожих ситуаций. Одни теряются в лесу, другие — чаще всего это люди с потерей памяти — в городе. Есть «бегунки» — дети и подростки, которые сбегают от родителей или воспитателей интернатов.

— А еще был у нас один дедушка-«рецидивист», который пропадал по несколько раз в год. Из-за возраста у него уже была деменция, он шел в лес за грибами и терялся. Мы его просили: «Дедуль, уже не надо никуда ходить». Он отвечал: «30 лет ходил в этот лес и буду продолжать ходить». Трудно с такими дедушками: теряются в лесу, бродят там, но с корзиной грибов ни за что не расстанутся, — рассказала Надежда Драгонер и призвала рязанцев следить за своими престарелыми родственниками.

По ее словам, у каждого поисковика есть история, которая «зацепила за душу», и он окончательно принял решение все свободное время посвятить поискам пропавших людей. Для Драгонер «точкой невозврата» стал в 2017 году поиск пенсионера-летчика, воевавшего в Афганистане. Его два месяца искали в лесу и нашли уже погибшим. У Надежды трое детей и салон красоты — к вечеру, по ее словам, совсем не остается сил, но как только она слышит о пропавшем человеке, «откуда-то берутся и время, и силы».

Для координатора поиска Татьяны Куренковой встреча на дне рождения «ЛА» стала первым «выходом в свет» после рождения сына. Она пришла в отряд четыре года назад, из ярких воспоминаний — первый поиск со счастливым концом: 80-летнего дедушку нашли живым на границе Рязанской и Владимирской областей. По словам Куренковой, он бродил по лесу так долго, что надежды на хороший исход почти не оставалось:

— Но мы верили. И вот, прочесывая поздним вечером лес, мы услышали его голос. Это было мое первое «найден, жив». Непередаваемые ощущения — ты спас чью-то жизнь! И свои бытовые проблемы кажутся такими ничтожными, и ты устал физически, но появились душевные силы для дальнейшей работы.

Татьяна Куренкова. Фото Екатерины Вулих

«Со мной такого не произойдет!»

Добровольцы «ЛА» не только разыскивают пропавших — они стараются предотвратить такие ЧП: проводят занятия с детьми дошкольного возраста и школьниками, распространяют видеоматериалы с правилами безопасности, обучают новых инструкторов. Но сами же констатируют: люди пропадали и будут пропадать, потому что их подводит самоуверенность. 

— Никто не думает, что с ним это может случиться, никто. Люди должны относиться даже к походу в ближайший лес с ответственностью. Предупредите родных, куда вы идете, во сколько собираетесь вернуться. Возьмите с собой набор вещей, которые вам помогут, идете в лес на день — возьмите запас воды на три дня, — советует Драгонер.

В лес также необходимо взять спички или зажигалку для разведения костра, заряженный мобильный телефон с пауэрбанком, калорийную еду, надеть яркую одежду. 

И самый действенный совет, который дают все добровольцы регионального отряда «Лиза Алерт»: «Записывайтесь в отряд „ЛА“, всему научим. И сами с такими знаниями не потеряетесь, и других поможете спасти».


НКО «Поисково-спасательный отряд Liza Alert» создали неравнодушные люди после смерти пятилетней Лизы Фомкиной, которая в 2010 году вместе с тетей пропала в подмосковном лесу. Они пошли гулять в лес и заблудились. Поисками занимались сотрудники полиции и МЧС, но вскоре их вернули в Орехово-Зуево, потому что там начался день города. Знакомая семьи Фомкиных разместила в интернете объявление о пропавших, и люди вышли на поиски. Им удалось найти тела женщины и ребенка — обе погибли от переохлаждения. 

В 2020 году отряды «ЛА» из российских регионов приняли 31,5 тыс. заявок о пропавших людях. Из них 22,8 тыс. человек вернулись домой, погибли больше 2,6 тыс., пропали без вести больше 1,5 тыс. Поисковики помогли найти 871 пропавшего человека.