30 декабря прошлого года одна из самых уважаемых общественных организаций в Марий Эл «Человек и Закон» была внесена в реестр «иностранных агентов». Российские власти посчитали, что правозащитники занимаются политической деятельностью. Сейчас организация пытается отменить это решение. Корреспондент «7х7» встретился с председателем «Человека и Закона» Ириной Протасовой, чтобы узнать у нее, как организация появилась, действительно ли она занимается политикой и почему в стране идет волна давления на НКО.

Фото Алексея Скуратова-Бельского

Расскажите, когда появилась ваша организация и чего она успела добиться за время своей работы?

— Региональной правозащитной организации «Человек и Закон» в конце прошлого года исполнилось 15 лет. 15 лет в Республике Марий Эл и за ее пределами мы занимаемся защитой прав человека. Трудно описать, сколько сделано в области соблюдения прав человека, скольким людям мы оказали помощь. Что для сотрудников и членов организации важно? Важно то, что мы в поездах, на елках, сберкассах, в магазинах зачастую встречаем множество людей, которые обращались к нам за помощью, и они даже через 5 и 10 лет узнают нас и говорят спасибо за помощь, которую оказала организация. Один раз на елке в новогоднюю ночь ко мне подбежал молодой человек и начал говорить о том, как ему в жизни, когда он находился в армии, помогла наша лекция и выданная брошюра о правах призывников, которую он получил, еще учась в выпускном классе. В другой раз пенсионер, который пострадал от произвола милиции, со слезами, встречаясь, в очередной раз говорил спасибо. В третий раз бизнесмен, в поезде узнав о том, что я председатель организации, вспоминал, как 10 лет назад, когда офис еще был в районе вокзала, он пришел к нам как к последней надежде. Мы уже не помним, кому мы помогаем, мы никогда не кичимся этим и не записываем людей, мы просто помогаем. Сколько раз приходилось выслушивать и успокаивать людей, которые попали в тиски власть имущих, сколько имеющих ранее власть приходили после того, как ее теряли, к нам за помощью. 15 лет организация оказывает жителям юридическую защиту и помощь. Только в колониях Марий Эл уже семь лет еженедельно работает юрист организации, который помогает заключенным. Правозащитная деятельность — это не политика, это помощь людям. Соблюдение прав человека в стране — это универсальный индивидуальный механизм к спокойствию и улучшению качества жизни людей.

Как выстраивались ваши отношения с чиновниками?

— Власти ни в одной стране мира не нравится работа правозащитных организаций, потому что правозащитники именно власти указывают на недопущение нарушений прав человека. Мы всегда требуем от власти (чиновников, сотрудников министерств, ведомств и учреждений, которые работают за счет наших налогов) уважать людей на территории нашей страны, нашей республики, уважать своих граждан, уважать их человеческое достоинство и условия жизни людей. Для правозащитников самым важным является человеческая жизнь, свобода от пыток, рабства, передвижения слова и информации. Правозащитники указывают власти, чтобы она не лишала людей тех свобод, с которыми они родились, чтобы она создавала условия для нормальной жизни людей. В отличие от всех политических партий (КПРФ, ЛДПР и т. д.) правозащитные организации, в том числе «Человек и Закон», никогда не имеют целью прийти к власти или захватить ее. Наша цель — сделать так, чтобы любая власть была предсказуема, действовала на основании закона и в рамках закона, и чтобы эти законы не нарушали права человека, были необходимы в демократическом обществе и минимально ограничивали свободы. Мы должны учить наших детей быть свободными и отстаивать свои свободы, ценить их, а не быть прислугой власть имущих. Только в этом случаи люди будут ценить и свободы, и права тех, кто рядом.

Чем именно занимается ваша организация?

— Формы работы для того, чтобы поставить ту власть, которая творит произвол в отношении граждан, различны. Мы оказываем юридическую защиту, осуществляем общественный контроль, суть которого заключается в том, чтобы не допустить в закрытых учреждениях, таких как тюрьмы, ИВС МВД, детские дома, психиатрические больницы, дома для пенсионеров, жестокости и злоупотреблений. Нужно отметить, что с трудом власти открывают туда двери, и это вызывает тревогу. Очень много удалось сделать в закрытых учреждениях МВД и УФСИН по Марий Эл за эти годы. Существенно улучшились условия содержания и обращения с заключенными. И будет очень плохо, если правозащитников выдворят из колоний и полиции, пытки опять могут вернуться. Мы занимаемся правовым просвещением в области прав человека сотрудников власти, и в этом случае команда «Человек и Закон» является ведущей в России; несколько тысяч сотрудников ФСИН и МВД по всей России посетили наши семинары и задумались. Ни одни из них не сказал, что мы что-то говорим не в интересах наших людей или страны, все они однозначно сказали и продолжают писать нам и говорить, как семинары помогли им осознать важность соблюдения прав человека и изменить свое отношение к людям, с которыми они работают. Только в 2014 году мы посетили более 15 регионов России с семинарами по правам человека. В этой области мы уже может готовить других правозащитников, которые являются нашими последователями.

Кроме того, безусловно, мы говорим власти на различных площадках о том, что она не имеет права нарушать права граждан, а должна помогать им.

Откуда вы берете средства на свою работу?

— Такая деятельность, как наша, не может быть на волонтерских началах. Если сотрудники правозащитной организации будут работать в других местах, зарабатывая на жизнь семьи, они не смогут профессионально защищать права граждан от произвола власти. В правозащитной сфере должны работать профессионалы, чтобы они были сосредоточены на защите прав, у них было на это время. А людям, пострадавшим от произвола власти, такая помощь должна оказываться бесплатно. С момента принятия Всеобщей Декларации прав человека ООН, инициатором создания которой, кстати, являлся и СССР, и ратификации Конвенции Совета Европы, в которую входит Россия, во всех странах сложилась практика работы правозащитных организаций, которые получают финансирование из разных источников, в том числе из разных иностранных. Сама специфика правозащитной организации говорит о том, что она стоит на своем посту, контролируя власть, чтобы та не творила произвол, поэтому она не может зависеть от этой власти, чтобы прямо говорить ей и указывать на ее ошибки. Она не рвется к власти и в этом смысле может получать разное финансирование. Финансирование НКО из разных фондов — есть залог ее независимости. Политические партии не могут и не должны получать иностранное финансирование, поскольку их цель — захват власти.

Организация «Человек и Закон» получает финансирование на свою деятельность уже более 15 лет из разных фондов: частных, межгосударственных. Причем эти фонды не из одной страны, а из разных стран. Мы придерживаемся принципа независимости, и поэтому это разные источники финансирования. Недавно Россия наконец поняла, что нужно выделять средства на защиту прав человека. И мы также по конкурсу получили два гранта от правительства. Но больше на эту деятельность государство нам не дает денег, несмотря на то, что заявки подаются регулярно. Да и нельзя полностью зависеть от государства. Надо отметить, что в последний этап российского конкурса нас удивили суммы грантов — 13 млн на проект «Конкурс красоты «Новый русский» или 11 млн на создание какой-то фотостудии, и т. д. Конечно, это не защита прав. Практика финансирования фондами правозащитных организаций, которые защищают права человека, записанные во Всеобщей декларации — межгосударственном документе, который выше всех политических интриг для простого человека — это очень важный инструмент против создания в государствах тоталитарных режимов, которые мы уже проходили в своей стране, но, к сожалению, забываем.

Как вы думаете, почему на некоммерческие и общественные организации в последнее время в России оказывается колоссальное давление?

— В настоящее время в России сложная ситуация, в органах власти, в том числе в законодательных, находятся люди, которые защищают свои интересы, а не интересы людей. Поэтому они очень боязливо относятся к любой критике и боятся тех, кто говорит правду, они не хотят терпеть никаких проявлений свободы и ужесточают законы, давя на независимость правозащитных организаций. Так были приняты изменения в Закон об «НКО», где деятельность независимых правозащитных организаций, если они получают иностранное финансирование, признается политической, и они должны внестись в реестр иностранных агентов. Слово «агент» подразумевает то, что они действуют в интересах иностранных государств, что является недостоверным. Сам закон неправовой, поскольку он не понятен для исполнения даже самим органам власти, размытая формулировка политической деятельности, даже искаженная во многих случаях. Все понимают, для чего этот закон нужен: чтобы оставить только те НКО, которые позволяют власти вторить произвол.

Когда и как вы узнали о том, что попали в реестр «иностранных агентов»?

— День рождения «Человек и Закон» властью был отмечен однозначно именно 24 ноября, в наше 15-летие, к нам пришла проверка Минюста! Собственно говоря, целью этого визита и было то, чтобы внести нас в реестр и привлечь к ответственности. Штрафы за данное нарушение власти определили такие, чтобы НКО ликвидировалось и не смогло дальше работать от 300 000 и выше. Мы ведь знаем, что у НКО таких денег нет, и все деньги только на защиту прав и проведение конкретных мероприятий. Даже зарплаты в организации минимальны — до 20 тыс.

Нам выдали протокол о привлечении к ответственности 15 декабря вечером. А уже на 30-е было назначено судебное заседание. Все делается очень быстро, чтобы как можно меньше мы успели привлечь общественности, журналистов. Перед Новым годом (под шумок). Организация живая и работающая, и поэтому, конечно, до конца года были запланированы мероприятия за пределами республики. С 26-е по 30-е мы проводили семинары в Калининграде. Даже в выходные дни на них было по 30 с лишним человек. Несмотря на то, что суду были представлены все билеты, приказы о командировке и ходатайство об отложении процесса. Суд рассмотрел бы быстро без нашего участия (видно было, все уже решено). Мы прилетели из командировки вечером 30-го и уже из интернета узнали о том, что суд все же рассмотрел дело без нас.

В итоге вас оштрафовали на крупную сумму. Что для вас означает этот штраф?

— Штраф обозначает, что организацию ставят на грань закрытия. Мы не можем предать тех людей, которым мы помогаем и, конечно, будем бороться и обжаловать это незаконное, на наш взгляд, решение. Жалоба уже подана, и теперь мы будем освещать весь процесс над нашей организацией, а значит, правами человека.

Мы, безусловно, агенты, но не иностранного государства, а своей страны. Ведь для нас страна — это прежде всего люди и родной ДОМ! Мы здесь живем и делаем все для того, чтобы власть начала заботиться о людях, а не о себе.